Поднявшись в комнату, она взяла Библию, пала на колени и принялась молиться. Открыв, наконец, глаза, сквозь слезы она вдруг заметила обернутую вокруг розги записку.
«Соберите Ваши вещи. Будьте готовы выйти в полночь. Бесконечно любящий Вас – сэр Гилфорд Уэст».
Ее сердце от радости хотело вырваться из груди. Она схватила сумку и, сложила пожитки: украшения, розгу, книгу наказаний, Библию и крест, принялась ждать.
Бесконечно тянулись часы. Она слышала гремевшее внизу буйное веселье. Сэр Гилфорд привез много вина и пригласил тюремщика и стражников выпить с ним. Но – пока стража замка лихо опрокидывала кубки с вином – солдаты сэра Гилфорда пили из бутылей, наполненных водой.
В полночь тюремщик и стража спали мертвым сном. Двое солдат сэра Гилфорда Уэста пришли и проводили Эвелину туда, где на внешней стороне крепостной стены свисала веревочная лестница. Она спустилась, и спотыкаясь, побежала навстречу возлюбленному.
Лодка уже ждала беглецов.
– В Нормандии у меня свой замок, виноградник на южном склоне холма, – сэр Гилфорд рассказывал Эвелине о своих успехах. – Все это я построил на честно заработанные солдатским трудом деньги! Там мы будем счастливы!
– Добро пожаловать на борт! – капитан пропахшего рыбой суденышка был настолько любезен, что предоставил беглецам свою каюту. – Если не помешают морские разбойники, скоро будем дома!
Койка капитана послужила им брачным ложем.
– Я так долго ждал этого момента! – Гилфорд был слишком перевозбужден и был готов к разрядке.
Наконец-то Эвелина была счастлива. Не смотря на опасность погони и нападения морских пиратов, она была вместе с любимым.
Гилфорд сразу обратил внимание, что женщина чем-то была расстроена. На вопросы женщина отвечала уклончиво и ссылалась на головную боль. Но он видел, что не в головной боли дело. Гилфорд с примерным упорством "добивался признания".
Стоит еще отметить, что у нее были просто изумительной красоты ноги!
Женщина сидела молча плакала. Гилфорд присел на корточки перед ней и взял ее руки в свои.
Женщина протянула свои ладони к лицу и дотронулась до щек. Улыбнулась.
«Наконец-то я соединилась с любимым! – думала леди, снимая измятое в дороге платье. – Следы от розог еще долго будут напоминать о той цене, что я заплатила!»
Вот тут сэра Гилфорда по-настоящему бросило в жар. Он смотрел только на выпоротый зад Эвелины, и уже не в состоянии был отогнать нахлынувшие греховные мысли.
«Вот и сбылось предсказание Меллюзины! – В штанах у сэра Гилфорда зашевелилось. – Так что же я медлю?»
Конечно же, женщина заметила готовность сэра Гилфорда взять ее немедленно!
– Мы на пути греха! – Эвелина чего-то шептала, но Гилфорд ничего не слышал.
– Я ждал этого момента пять долгих лет! – рыцарь стал медленно передвигать свою руку вверх по бедру. Женщину слегка затрясло, он почувствовал, как дрожь пробежала по всему телу.
– Я столько вынесла ради нашей любви! – Эвелина раздвинула ноги.
– Моя женщина! – Руки сэра Гилфорда, еще недавно сжимавшие прутья стали нежными и ласковыми.
Ноги так и остались слегка раздвинутыми.
– Ну, что же ты медлишь? – Женщина смотрела на верного рыцаря, точнее на то, что у сэра Гилфорда выпирало из штанов.
Он положил свои руки на нежные бедра и стал чуть-чуть двигать их вперед-назад и немного по окружности, таким образом как бы поглаживая.
Внезапно он опустил голову к ней между ног и коснулся лицом потаенного места. Эвелина попыталась оттолкнуть доблестного рыцаря, но сделала это как-то несильно и не совсем осторожно.
Гилфорд, обезумев от страсти, стал целовать все поросшую волосами щель. Глаза у Эвелины горели, тело раскраснелось.
Зрелище, что получил Гилфорд за столь нескромный поцелуй, он помнил до конца своих дней: губы раскрылись и казалось говорили: «мы ждем»!
Эвелина взялась рукой за уже стоящий в полной готовности боевой меч, вставила в себя, и вдавила Гилфорда в себя бедрами. На миг женщина замерла.