Орден госпитальеров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В 1291 году пала Акра, последний оплот христиан на Востоке, и тамплиеры вместе с другими духовно-рыцарскими орденами вынуждены были перебраться на Кипр, а затем во Францию. К этому времени стало особенно заметно перерождение ордена. Рыцари утопали в роскоши, с которой познакомились на Востоке, орден занимался торговлей и ростовщичеством.

Но по мере того, как росло внешнее могущество ордена, устанавливалось его царственное по своей независимости положение, изменялось и внутреннее его содержание. Надменность и далеко не монашеский образ жизни рыцарей Ордена Храма были известны на всем пространстве от Святой земли до Португалии. По всей Европе гуляла поговорка «пьет, как тамплиер». А перед самой своей смертью Ричард Львиное Сердце, особенно чтивший тамплиеров, тем не менее, не преминул произнести такую фразу: «Я оставляю скупость цистерцианским монахам (по образу и подобию которых Бернар Клервоский и создал уставы тамплиеров), роскошь — ордену нищенствующих братьев (францисканцы, доминиканцы, бернардинцы, кармелиты и др.), а гордость — тамплиерам»¹.

Казалось бы, орден был создан как орудие католической церкви и папской власти для борьбы с неверными за освобождение Гроба Господня. Но, как уже было отмечено, на Востоке рыцари оказались во власти роскоши и не устояли перед её искушением. Однако на Востоке они прикоснулись не только к роскоши, но и к целому миру новых идей и представлений. И не только познакомились, но и прониклись ими во время долгих перемирий и контактов со своим столь же рыцарственным (но во многих случаях гораздо более просвещенным) противником, хранящим тайные учения, с которым всегда жили бок о бок, заимствуя друг от друга знания и не обращая внимания на религиозные и национальные барьеры.

Но для нас более важно, что прежняя беспредельная преданность Ордена тамплиеров Церкви сменилась религиозным безразличием и свободомыслием, близким к еретичеству. Согласно этим новым влияниям изменился и первоначальный устав ордена, составленный св. Бернардом. Так послушничество, бывшее прежде обязательным для поступления в орден, было отменено. § 54 устава, запрещавший принимать в число тамплиеров рыцарей, отлученных от церкви, был изменен в обратном смысле: признано было желательным вербовать новых членов именно среди этих отверженных церковью, «дабы содействовать спасению их душ».

Эти изменения в уставе привлекли в орден массу прямо враждебных церкви членов. В связь с этими изменениями исследователи ставят возникновение в начале XIII века среди рыцарей тайного еретического учения. Считают, что наряду с внешним исповеданием христианского учения и церковных обрядов в подземельях орденских убежищ ночью или на рассвете происходили тайные собрания, где совершались обряды мистического посвящения и поклонения «таинственной силе». И думается, что все это не наветы на тамплиеров. Да, они оказались стойкими и не открыли многих своих тайн даже под пытками, не дошло до нас никаких документальных свидетельств, но легенды, которые до сих пор существуют, и косвенные свидетельства, вероятно, имеют под собой какую-то основу.

Два века, проведенные на Востоке, не прошли бесследно. Простое сравнение христианской обрядности с местными религиями должно было привести к «открытию» общих для всех монотеистических систем таинств древнего солнечного культа. Но едва ли основной состав ордена и его руководство стремились к ниспровержению христианства, в чем их впоследствии обвинили. Хотя и могли втайне отдавать предпочтение творцу мироздания — духу. Неслучайно, подобно альбигойцам[532], они предпочитали Пасхе «Белое воскресение» — Пятидесятницу. Они считали себя восприемниками мистических идеалов раннего рыцарства, ищущего свой таинственный и недоступный Грааль.

В альбигойских войнах тамплиеры были, по крайней мере, внешне, нейтральными и ограничивались ролью наблюдателя. Однако Великие Магистры ордена даже в обращениях к папе подчеркивали, что настоящие крестовые войны следует вести лишь против сарацин. Сохранились свидетельства что рыцари Храма предоставляли убежище многим катарским беженцам[533], нередко защищая их с оружием в руках. Если же посмотреть на состав ордена тамплиеров в начале альбигойских войн¹, можно отметить значительный приток катаров в орден, где они получали высокие должности. Бертран де Бланшефор, четвертый по счету Великий Магистр тамплиеров, происходил из семьи катаров. Члены его фамилии

вести аскетический образ жизни. Против К. церковь при поддержке светской власти повела ожесточённую борьбу. Учение катаров легло в основу еретического движения альбигойцев (http://www.cultinfo.ru/fulltext/1 /001 /008/024/815.htm). В результате беспощадных преследований к концу XIII — 1 — й половине XIV вв. ересь катаров почти полностью была искоренена. См.: Borst A. Die Katharer. Stuttgart, 1953.

‘Альбигойские войны, крестовые походы в 1209–1229 (с перерывами) на Юге Франции против альбигойцев (http://www.cultinfo.ru/fulltext/1 /001/008/024/ 815.htm), предпринятые по инициативе папства ради подавления опасной для него ереси. Поводом послужило убийство (1208) папского легата одним из приближённых тулузского графа Раймунда VI. Папа Иннокентий III отлучил от церкви Раймунда VI, обвинённого в инспирировании убийства, и призвал к крестовому походу против еретиков. Французский король Филипп II Август, занятый борьбой с Англией за северо-французские земли, отказался возглавить поход. Армию крестоносцев составило северо-французское (частью — немецкое) рыцарство, рассчитывавшее поживиться за счёт богатых южных городов; активное участие приняло северо-французское духовенство. Предводителем крестоносцев стал граф Симон де Монфор. В 1209 крестоносцами были взяты и разграблены многие южные города (Безье, Каркассонн и др.). Для юга Франции война скоро утратила религиозный характер и превратилась в сопротивление провансальской народности северным захватчикам. На стороне Раймунда VI, возглавившего военные силы Юга, вступил в войну король Арагона Педро II. После битвы 1213 при Мюре (в которой погиб Педро II), завершившейся победой крестоносцев, значительная территория на юге Франции подпала под власть де Монфора, признавшего себя вассалом французского короля. Раймунду VI удалось удержать за собой лишь Тулузу, Ним, Бокер, Ажен. В 1215 после длительной осады пала Тулуза, Раймунд VI бежал, 4-й Латеранский собор осудил его как еретика, а его владения были переданы де Монфору. Однако сопротивление Юга ещё не было сломлено. В 1217 в Тулузе победило народное восстание. Воспользовавшись им, Раймунд VI вернулся в Тулузу; его власть признали многие города и области Лангедока и Прованса, также восставшие против крестоносцев. В 1224 Раймунд VII (сын Раймунда VI) изгнал из Каркассонна войска А. де Монфора (сына убитого в 1218 Симона де Монфора). Добившись принятия своих условий (главным образом невмешательства папы в светские дела и в дела местного духовенства), против южан выступил французский король Людовик VIII, воздержавшийся ранее от помощи Монфору (опасаясь образования на юге сильного государства). Королевские войска взяли Авиньон (1226), затем многие города юга изъявили покорность французскому королю (А. де Монфор передал ему свои владения). В результате значительная часть Тулузского графства была присоединена к королевскому домену (Париж, договор 1229). Альбигойские войны нанесли большой урон экономике юга, задержав развитие городов, достигших в довоенный период пышного расцвета. См.: Осокин Н. А. История альбигойцев и их времени. Т. 1–2, Казань, 1869–1872; Переиздан: М.: Изд-во ACT, 2003; Belperron P. La croisade contre les albigeois et l’union de Languedoc a la France (1209–1249). Paris, 1942.

через сорок лет после смерти Бертрана плечом к плечу с другими катарскими аристократами сражались против северофранцузских и немецких крестоносцев во главе с Симоном де Монфором[534]. Известно, что в Лангедоке среди высокопоставленных тамплиеров было больше катаров, чем ортодоксальных католиков. Необходимо отметить, что эти катарские аристократы — в отличие от своих католических собратьев — оставались главным образом в Лангедоке, так что орден в этом регионе всегда мог опереться на испытанную и стабильную базу.

Орден тамплиеров, имевший свои провинции во всех уголках Европы, и ставший «государством в государстве» таил в себе цементирующую силу, работающую на единение народов. Европа, могла бы избежать пролития морей крови, если бы была сохранена стабилизирующая сила Ордена, ненавистная узким националистам, которые давно вынашивали планы уничтожения ордена тамплиеров. И случай такой представился довольно скоро.

В 1305 г. папский престол занял Раймон Бертран де Го, родом из Гаско-нии. Он был каноником в Бордо, генеральным викарием Лиона, затем папским капелланом и архиепископом Бордо. В результате резких споров между сторонниками Колонна, Орсини и других родов римской аристократии конклав, собравшийся в Перудже после смерти Бенедикта XI, продолжался 11 месяцев. Перевесили голоса французских кардиналов и поддержка Орсини. Новый папа принял имя Климента V.

Сразу же после избрания папа удивил выборщиков, решив провести свою коронацию в Лионе в присутствии Филиппа Красивого и других французских владык. Климент V после нескольких лет колебания поселился окончательно в Авиньоне, небольшом городке, расположенном на левом берегу Роны. Здесь был построен для папы роскошный дворец. Вслед за папой в Авиньон переехала курия, насчитывавшая тогда более 4000 чиновников. Они построили для себя виллы и дворцы по обоим берегам Роны. Авиньон служил папству в качестве столицы западного христианства в течение 70 лет, которые сравниваются с 70 годами вавилонского плена. Аналогия не была удачной, поскольку папы добровольно оставили не подчинявшийся им Рим, но по-прежнему продолжали считать себя преемниками св. Петра. Между Авиньоном и Римом поддерживались свободные контакты. Папские легаты за неполную неделю доезжали до Рима через Марсель, а далее морским путем до Остии или Корне-то — римских портов. В Вечном городе духовную опеку над верующими осуществляли епископы окрестных епархий. Административная власть находилась в руках раздираемого внутренними распрями сената, который редко мог совладать с хаосом и бандитизмом, терзающими как жителей города, так и многочисленных паломников, все еще приходивших к апостольским могилам.

В политических делах Климент V, в отличие от своего предшественника отказался от конфликта с королем Франции. Он начал с отмены буллы Бонифация VIII «Unam sanctam», в которой была изложена доктрина теократической власти римского первосвященника. А в 1311–1312 гг. он созовет во Вьенне на Роне Вселенский собор, программа которого была сконцентрирована на трех проблемах: рассмотрение дела ордена тамплиеров, подготовка нового крестового похода и осуждение тезиса о «христианской бедности», пропагандируемого францисканскими спиритуалами[535].

Итак, Климент V решил предпринять новый грандиозный крестовый поход. 6 июня 1306 г. он отправляет из Бордо письма Великому Магистру ордена госпитальеров Фульку де Вилларэ и Великому Магистру тамплиеров Жаку де Моле. В нем папа выразил «свое горячее желание» посоветоваться с ними и предпринять меры по возвращению христианами Святой Земли. Он писал, что только два ордена наилучшим образом смогут дать совет по этому вопросу и даже возглавить и осуществить задуманное предприятие благодаря своему богатому военному опыту и заинтересованности в успехе. «Приказываю вам, — заканчивал письма папа, — явиться сюда без промедления, сохраняя строжайшую тайну и с очень маленькой свитой, ибо вы найдете по эту сторону моря достаточно рыцарей, готовых прислуживать вам»[536].

Фульк де Вилларэ нашел веские причины отказаться от этой поездки, сославшись на необходимость своего присутствия на Родосе, который постоянно атаковывался турками. Кроме того, он обосновал свое отсутствие необходимостью скорейшего обустройства на Родосе, строительством укреплений и жилья для рыцарей. Но думается, что де Вилларэ знал о том повсеместном недовольстве, которое уже существовало против духовно-рыцарских орденов в Европе. Ведь именно ордена госпитальеров и тамплиеров обогатились после ухода крестоносцев из Палестины, поскольку только они вывезли огромные средства, которые ссужали под проценты многим европейским правителям. И если госпитальеры поняли, откуда им грозит опасность, то тамплиеры оставались в полном неведении.

Перебравшись в начале XIV века в Европу, тамплиеры лицом к лицу встретились со своим главным врагом — французским королем Филиппом IV Красивым. Врагом ордена он стал по своей жадности, задолжав тамплиерам огромную сумму денег, возвратить которую был просто не в состоянии, почему и взирал на орден с нескрываемым трепетом. Французский монарх также опасался их политической и духовной власти, которая была намного сильнее его собственной. Коварством и хитростью с помощью папы ему удалось вызвать с Кипра гроссмейстера ордена Жака де Моле с орденскими сокровищами.

Жак де Моле отправился во Францию в сопровождении Рэмбо де Карона, приора Кипра и небольшого отряда рыцарей. Он, конечно, не собирался оставаться во Франции навсегда, ибо остальные руководители ордена, как и большая часть денежных средств, остались на Кипре. Великий Магистр прибыл во Францию в начале 1307 г. Он был торжественно встречен королем и парижанами. Да и как могло быть иначе, главный должник ордена встречал своего кредитора. В парижском замке Тампль де Моле приказал разместить вывезенную с Кипра часть казны ордена. Затем он посетил в Пуатье папу, где задержался на некоторое время, ведя переговоры о предполагаемом походе в Святую Землю. Тогда же папа предложил объединить два Ордена госпитальеров и тамплиеров в один.

Де Моле хорошо была известна ситуация в далекой от Парижа Палестине. Он резонно заметил папе, что когда пала Акра, то все оставшиеся в живых крестоносцы открыто высказывали недовольство папой Николаем IV, ничего не сделавшим чтобы помочь осажденным. Но папа, чтобы оправдать себя, свалил всю вину от потери Акры на якобы существовавшее тогда разногласие между тамплиерами и госпитальерами, больше того, еще тогда Николай IV предложил объединить два ордена. Но де Моле заявил Клименту V, что никаких разногласий между орденами, наносящими ущерб христианскому делу, не было. Да, существовало определенное соперничество, стремление превзойти друг друга, а исчезновение ордена св. Иоанна оказалось бы весьма невыгодно христианам, но полезно сарацинам, ибо если госпитальеры одерживали блистательную победу над неверными, тамплиеры никогда не успокоятся, пока не совершат нечто подобное или еще более впечатляющее, и наоборот. И если тамплиеры отправляли в Палестину рыцарей, коней и все необходимое для военных действий, госпитальеры немедленно поступали так же. Де Моле заверил папу, что никогда члены одного ордена не поднимали руку на рыцарей из другого[537]. В тоже время Великий Магистр тамплиеров сказал папе, что в последнее время уважение к этим двум орденам среди христианских народов уменьшилось, многие не желают вносить пожертвования, от чего ордена несут большие убытки. Все больше желают взять у них, чем дать.

В июне 1307 г. в Париже состоялось общее собрание братства. В ответ на просьбу папы дать ему совет относительно готовящегося похода, Жак де Моле подготовил две записки. Подробно о деятельности Великого Магистра тамплиеров во Франции рассказал в своем исследовании Малколм Барбер. Анализируя тест этих записок, английский историк отмечал, что первая содержала предложения относительно организации похода. Жак де Моле просил правителей западных государств предоставить для этого 15 000 рыцарей и 5 000 пехотинцев. Итальянские города должны были обеспечить крестоносцев боевыми кораблями[538].

Приведенные цифры явственно демонстрируют, сколь сложной была ситуация: ограничение планов могло дать лишь временный эффект, а полномасштабная экспедиция являлась всего лишь несбыточной мечтой. Однако признать такое положение дел — т. е. полностью изменить свою точку зрения на роль и функции духовно-рыцарских орденов — Жак де Моле, человек, уже убеленный сединами, упорный в своих намерениях и достаточно консервативный, был просто не способен.

Его вторая записка была посвящена идее возможного объединения духовно-рыцарских орденов. Она дает отчетливое представление об ограниченности мышления де Моле. Развивая свою идею, де Моле заметил, что данный вопрос уже обсуждался на Лионском соборе в 1274 г., что после событий 1291 г. к нему вновь вернулся папа Николай IV, а Бонифаций VIII, хоть и уделил этой идее некоторое внимание, все же в целом ее отверг. Затем де Моле предпринимает попытку аргументировать целесообразность данного плана, однако же, весь тон его рассуждений, как ни странно, представляется нам враждебным этой идее. Так, он утверждает, что нововведения всегда опасны; что членов ордена не следует принуждать к изменениям в Уставе и традициях; что сама система материальной поддержки рыцарских орденов может оказаться под угрозой; что могут возникнуть волнения, если оказывать давление на мелкие провинциальные Приорства.

В этой записке де Моле отмечал, что соперничество между орденами лишь идет им на пользу, да и само существование двух мощных рыцарских орденов — госпитальеров и тамплиеров неоднократно доказывало свои значительные тактические преимущества. Далее де Моле попытался рассмотреть возможности объединения этих орденов, однако никаких конкретных предложений он привести не смог. Его положительные доводы сводились лишь к тому, что объединенный орден сможет лучше противостоять нападкам светских и церковных властей, и расходы на его содержание будут меньше. В итоге Великий Магистр обещал папе непременно собрать наиболее опытных членов своего ордена, обсудить с ними данный вопрос и передать Клименту V их советы, ежели он выразит желание их получить. Он также уверял папу, что самый дешевый способ финансировать предстоящий крестовый поход — это воспользоваться услугами рыцарских орденов. Если же папа имеет намерение назначить орденам определенное и регулярно выплачиваемое содержание, то он, де Моле, предпочел бы, чтобы эти средства поступали в канцелярии орденов раздельно.

Эти размышления де Моле свидетельствуют о том, что руководитель ордена тамплиеров плохо себе представлял в какой плоскости стоит в Европе вопрос о ликвидации орденов. У нас имеется возможность познакомиться с планами главного идеолога планировавшихся реформ, каким был Пьер Дюбуа. Большая часть трудов нормандского юриста Дюбуа была направлена на пылкую защиту политики французской монархии, хотя сам автор был всего лишь королевским адвокатом и никогда, похоже, никакого официального поста не занимал. Реальный же объем его неофициальных связей с высшими политиками так и остался тайной. В 1306 г. Дюбуа написал длинный трактат «О возвращении утраченной Святой Земли». Составной частью предложенного им плана было объединение рыцарских орденов, которые, по его словам, получают огромный доход и собирают невероятные урожаи со своих бескрайних земельных владений по эту сторону Средиземного моря, однако же крайне мало делают для укрепления и защиты границ самой Святой Земли. Поскольку порой внутри этих орденов случаются раздоры и они раскалываются на враждебные группировки, осыпая друг друга издевательствами и насмешками, совершенно необходимо, по мнению Дюбуа, во имя процветания Святой Земли объединить ордены как в плане управления ими, так и в плане их Уставов, статуса и средств, выделяемых на их содержание. Решать все эти вопросы должен церковный Собор. Члены орденов, проживающие как в Святой Земле, так и на Кипре, должны быть лишены своего имущества.

Благодаря подобным мерам, считает Дюбуа, можно получать 800 ООО турских ливров ежегодно, что даст возможность переправить корабли с крестоносцами через море. «Те члены орденов, которые до сих пор были не в состоянии пересечь море и жить в иных землях, должны быть отправлены в монастыри цистерцианского ордена и других богатых монашеских орденов, дабы искупить свой грех чрезмерного обогащения». Как только в результате подобной политики будет получен реальный ежегодный доход, «сразу станет явным недостаток веры как у тамплиеров, так и у госпитальеров, которые вплоть до сегодня ради собственного обогащения предавали Святую Землю и грешили против нее».

Хотя план Дюбуа в целом касался обоих орденов, в нем имелся небольшой постскриптум, очевидно приписанный позднее и в значительной степени направленный против тамплиеров. Думается, что Дюбуа попросту выполнял задание короля Франции. Известно, что Филипп через своих тайных агентов распространял самые фантастические небылицы и грязные слухи об ордене, который вдобавок обвиняли в том, что Святая Земля никогда не была бы потеряна, если бы тамплиеры были добрыми христианами. Эти слухи вскоре обрели конкретную форму. Стали находиться личности, даже из бывших тамплиеров, которые лгали на орден. Довольно быстро в народе орден стал пользоваться столь недоброй славой, что Дюбуа мог уже спокойно написать, что сразу же после объединения госпитальеров с тамплиерами и передачи их собственности новой организации «весьма желательно полностью уничтожить даже саму память об ордене тамплиеров и, справедливости ради, стереть его с лица земли»¹.

Почва для претворения в жизнь коварных замыслов короля и папы была подготовлена, последствия для тамплиеров были поистине ужасными. В ночь на 13 октября 1307 г. Великий Магистр Жак де Моле и находившиеся с ним рыцари, а также все тамплиеры, проживавшие во французских владениях, были одновременно арестованы. На шестой день великий инквизитор явился в Тампль, где несколько недель без перерыва сто сорок человек подвергались ужаснейшим пыткам. Многие умерли, но многие, не выдержав, подтвердили все выдвинутые против них обвинения. Папа и его приближенные извещали с церковного амвона свою паству о том, в каком грехе, оказывается, находился орден, то, что это был обман, никого не смущало, но народ Европы искренне верил всей этой чудовищной мерзости. Письма были отправлены и всем правителям. Эти ужасные события потрясли всю Европу. Но не все поверили в эти обвинения. Король Англии 4 декабря направил письма королям Португалии, Кастилии, Арагона и Сицилии, в котором, в частности, говорилось:

Мы искренне и настоятельно требуем, просим Ваше королевское Величество, чтобы Вы, с подобающим усердием, изучили все доводы и были глухи к злословию злобных людей, которыми движет, как мы убеждены, не страсть к истине, но дух алчности и зависти, не позволяя, чтобы по безрассудству несправедливость была допущена по отношению к братьям или имуществу ордена, находящимся в землях Вашего королевства¹.

Но через некоторое время молодой король Англии поверил папе, началась конфискация имущества ордена и в его землях.

Тем временем госпитальеры, поняв, что ситуация с тамплиерами находится полностью в руках папы и короля, пошли на компромисс с Климентом V. Договориться удалось быстро, и папа своими буллами утвердил за госпитальерами часть имущества и владений тамплиеров.

[532] Альбигойцы, средневековая секта, в южной Франции, название получили от города Альби, жители которого еще в XII в. приняли учение катаров и др. еретиков (дуализм, отрицание церковной иерархии и таинств и т. д.).

[533] Катары (от греч. katharos — чистый), — приверженцы ереси XI–XIII вв., получившей распространение в Западной Европе (главным образом в Италии, Фландрии, Южной Франции). Догматика катаров дуалистична; для неё характерно противопоставление двух начал: «доброго» (созданный Богом невидимый, духовный и единственно истинный мир) «злому» (земной, материальный мир, созданный сатаной). Осуждение всего земного, плотского вело к крайнему аскетизму: Катары отвергали брак, запрещали употребление животной пищи, допускали самоубийство. Катары не признавали церковных таинств (http://www.cultinfo.ru/fulltext/1/001/008/108/455.htm), поклонения святым, индульгенций. Катары изобличали пороки католического духовенства (римского папу считали наместником сатаны). Требовали ликвидации церковного землевладения, отказывались от уплаты церковной десятины. Создали свою религиозную организацию, во главе которой стояли наставники — «совершенные» (perfecti), обязанные

[534] Монфор (Montfort) — Симон IV, граф, 1160–1218; 1208 предводитель крестоносцев против альбигойцев, пал в битве при Тулузе. Его сын Симон, граф Лейстер (Leicester), 1206–1265, в 1238 женился на сестре короля Генриха III, в 1258 г. стал во главе оппозиции, победил короля 14 мая 1264 г. при Льюисе, стал регентом и протектором, на народном собрании 3265 положил начало парламентскому строю Англии, пал при Ивесгеме в битве против принца Эдуарда Уэльского. Гутнова Е. В. Возникновение английского парламента. М., 1960.

[535] Ковальский Ян В. Папы и папство. М., 1991. С. 142–143.

[536] Цит.: Аддисон Ч. Дж. История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла / Пер. с анг. Е.Е. Бергер. М.: Алетейа, 2004. С. 164. Письмо опубликовано: Clemens V. Regestum Clementis Рарае V сига et studio Monachorum Ordinis S. Benedicti. Romae, 1885.1. № 1033,11. 190–191.

[537] Аддисон Ч. Дж. История рыцарей-тамплиеров… С. 164–165.

[538] Барбер М. Процесс Тамплиеров… С.31.