Его взгляд перемещаются от меня на сестру.
— Почему вы выглядите так, будто кто-то помочился в ваши кукурузные хлопья?
— Возможно, потому что это сделал ты, — говорит Саша, пристально глядя на него прищуренными глазами.
— Я должен дать тебе знать, что не имею привычку мочиться в кукурузные хлопья. Отвратительное дело.
— Лана рассказала мне, что происходит, — говорит она, игнорируя его шутку.
Роб трезвеет, занимая оборону.
— И это плохо, потому что...
— Перестань, Роб. Не придуривайся. Ты не достаточно хорош для неё.
— Саша, — тихо говорю я, касаясь её руки.
— Нет, Лана, я права. Я не говорю, что ты лучше, чем он. Просто говорю, что он всё ещё спит с кем попало, а это плохо для тебя.
— Чёрт тебя дери, уже несколько недель я ни с кем не был, — выплевывает Роберт, напрягая челюсть.
— Ах, так ты открыл новую страницу?
— Возможно, да.
— А, возможно, и нет.
— А, возможно, и не было никакой страницы.
— Теперь в твоих словах нет никакого смысла.
Роберт встаёт из-за стола.
— Да, нет. Я спал с кем попало, потому что пытался заполнить брешь, ведь я не мог иметь то, что действительно хотел, а то, что всегда хотел, была она, — он вскидывает руку в моём направлении. — Но никогда не мог заполучить её, ведь ты постоянно была наготове, как её долбаный телохранитель, — Роберт просто шипит эти последние слова, убегая прочь от стола.
Мы с Сашей остаёмся сидеть, шокированные и потерявшие дар речи.
Глава 12
Моё тело дрожит, когда я прокручиваю в голове последние слова Роберта: «Он всегда хотел меня». Как всегда-всегда?
— Наверное, мне нужно поговорить с братом, — говорит Саша, вклиниваясь в мои мысли, и встаёт.
Я наблюдаю, как она выходит. Официант ставит передо мной кусочек именинного торта, но у меня так сводит живот, что я не могу съесть ни кусочка.
— Эй, Лана, куда это умчалась Саша? — спрашивает Алистер, присаживаясь рядом со мной.
— Побеседовать с Робертом, — отвечаю я.
— Понятно, — говорит он, изучая меня своими тёмными глазами. — Так, ты будешь его есть? — он указывает на торт.
— О, нет, бери.
Мужчина забирает тарелку и начинает есть. Я продолжаю оглядываться на дверь, за которой у Роберта и Саши может происходить грандиозный скандал, но не слышу никаких криков. Это хороший знак. Но, возможно, я не могу услышать их из-за музыки.
Господи, я умираю от желания узнать, что же они говорят друг другу.
Должно быть, Алистер замечает моё беспокойство, кладет руку на моё плечо и говорит: