К тому же за Тиндал стоило бы понаблюдать и по другой причине. Эта дамочка из Объединения явно что-то скрывала. Шанхольц обратил внимание, что почти каждый день она брала компьютер и уединялась в укромном месте. Ладно бы еще бегала на свидание с Элликотом, которым, безусловно, увлеклась. Но зачем компьютер?
«Шпионские штучки, — думал Шанхольц. — Плохо дело».
Чертов Мостел! Помер, и все ему нипочем. А ведь он был офицером. Впрочем, какой теперь с него спрос…
Нужно было срочно найти выход, и Шанхольц принялся думать, но в голову ему так и не пришло ничего подходящего.
Наступил полдень. Сквозь редкие бреши в зеленом навесе падали столбы света. Трава стала гуще: они приближались к реке.
Зандовски остановилась, чтобы покопаться в гнезде, построенном из грязи жуками величиной с кулак, а Берк ушел вперед. Минуту Шанхольц колебался, остаться ли с Джилл или пойти к реке: Локхарт уверяла, что на берегах может таиться опасность. Наконец он решил догнать Берка: вдруг Локхарт все-таки права?
Пока он раздумывал, Берк скрылся из виду. Впрочем, найти его не составило особого труда. Когда сержант увидел ученого, Берк возился с видеокамерой, желая что-нибудь снять. Поискав, что именно, Шанхольц уловил за кустами, окаймлявшими берег, какое-то движение.
Берк тоже его заметил и двинулся вперед, чтобы посмотреть ближе.
Дурак. Сам себе роет могилу… Не сводя с Берка глаз, Шанхольц расстегнул кобуру и осторожно двинулся вслед за ученым.
Берк устроился под деревом, держа наготове камеру, а Шанхольц затаился в кустах, откуда ему хорошо было видно и Берка, и заросли у самого берега.
Внезапно Шанхольц краем глаза уловил другое движение. Что-то неровными толчками двигалось сквозь кусты к дереву, за которым прятался Берк. На миг существо мелькнуло в просвете: длиной метра два, с огромными жвалами, двумя парами большущих клешней и длинным хвостом, с тонким шипом на конце. Ну и тварь! Причем создавалось впечатление, что она охотится.
В это время в воздухе над рекой повисло какое-то крупное насекомое, напоминающее стрекозу. Берк, не замечая кравшейся к нему твари, нацелил на него камеру.
Сержант понял, что пришло время действовать.
«Наконец-то», — подумал Раф.
Прислонясь к дереву, он всматривался в густые тени и ждал, когда вновь появится его ускользающая добыча. А насекомое, словно дразня человека, то вылетало на светлое место, то снова ныряло в густую листву.
«Ну же, неуловимая бестия! Я готов».
— На вашем месте я бы смотрел по сторонам, мистер Берк.
Услышав голос Шанхольца, Берк вздрогнул и нечаянно нажал кнопку камеры.
Джунгли прорезал пронзительный визг бластера.
Рафа подвел мочевой пузырь. С мокрыми брюками, Раф упал, успев удивиться, что не чувствует боли от смертельного ранения.
Этот предатель Шанхольц его подстрелил!
На Рафа рухнуло что-то тяжелое и придавило к земле. Потом тяжесть скатилась с него, и Раф увидел многоногую тушу, которая распростерлась рядом. Длинный хвост сворачивался и разворачивался, вонзая шип в землю возле самого лица Берка.
Шанхольц наступил на хвост, и тотчас зловещее жало выпустило из себя струю густой алой жидкости. Раф с ужасом смотрел на забрызганные ею кусты.
Только сейчас Раф осознал, что Шанхольц стрелял не в него, а в эту тварь.
С помощью сержанта он с трудом поднялся на ноги и сразу же отвернулся: его стошнило.
— Похоже, он хотел вами поужинать, — заметил Шанхольц.
— Ерунда, — проговорил Раф, пытаясь напустить на себя бравый вид. Он заставил себя опуститься на корточки и осмотреть мертвую тварь. Выстрел распорол ее вдоль туловища и внутренности обнажились. — И между прочим, это она. Взгляните на кладки яиц, вон там, под внешним кератиновым слоем. Что касается ужина, достаточно посмотреть на клешни. Вид у них внушительный, но они не удержат крупной добычи. — Раф приподнял верхнюю пару мандибул. — А жвалы способны разрывать только мягкие ткани! Нет, для охоты на людей она просто не создана.
— А жало? Ножи для рукопашного боя бывают короче.
— Жало, без сомнения, опасное и может нанести серьезную рану, — согласился Раф, содрогаясь от одной мысли, что это черное острие едва в него не вонзилось. — Яд мог оказаться смертельным, хотя мог быть и безвредным. Впрочем, на меня она все-таки не охотилась.
— Она шла точно на вас.