Иерусалим: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он стоял в толпе в Храме Гроба Господня и смотрел, как короновали Сибиллу. С тех пор он её не видел, однако в его мыслях она была неотлучно. Даже здесь он думал не о Боге, а о ней. И ненавидел её мужа.

Де Ридфор ненавидел Триполи.

   — Тогда, пожалуй, нам бы стоило напасть на него.

   — Он христианин, — сказал Раннульф.

   — Только по названию! Говорят, что он молится лицом к Мекке в своей собственной часовне — и там прячет под алтарём идола Мохаммеда.

При этих словах Раннульф рассмеялся и впервые за всё время глянул на де Ридфора, который так мало знал о своих врагах. Ну конечно, ведь главным врагом де Ридфора был Триполи. Лицо магистра напряглось, глаза сверкнули.

   — Смеёшься!.. А ведь ты сам видел его с Саладином. Я слышал, как твои люди говорили, что султан любит Триполи. Их свидетельство обвиняло его перед всем собранием — почему же тебя оно не убеждает?

   — Он христианин, а обет запрещает мне воевать с другими христианами.

   — Ба, да ты просто болван! Он тебя совсем одурачил. Я подозреваю, что в Акре ты и твои люди небрежно отнеслись к своим обязанностям и Триполи отравил маленького короля у вас под носом. — Глаза магистра сузились. — Или же ты вступил с ним в изменнический сговор. Ну да не важно. Я ненавижу Триполи и уничтожу его, чего бы это ни стоило. Что до тебя, мужлан, ты будешь исполнять мои приказы — иначе лишишься головы. А? Я прикажу твоим же людям отрубить тебе голову. Ты понял?

Раннульф помолчал, обдумывая его слова.

   — Да, мой лорд, — наконец сказал он.

Де Ридфор усмехнулся ему.

   — Когда-нибудь, Раннульф, — сказал он, — ты ещё будешь молить о моей милости.

И вышел из церкви. Его шаги гулко отдались в крытой галерее.

Раннульф сидел, глядя на Камень. С тех пор как он вернулся из Акры в Храм, обыденная, размеренная жизнь целиком поглотила его: он молился, когда звенели колокола, заботился о конях и оружии, трудился у тренировочных столбов, ездил в патрулях по городу; ему доставляло определённое удовольствие заниматься всем этим и точно знать, что ему предстоит. И всё же ему было не по себе. Он чувствовал: надвигается нечто такое, к чему он должен быть готов. Сибилла играла в королеву, де Ридфор ослеплял себя мелкой грызнёй с Триполи — но надвигающееся нечто накроет их всех с головой.

К нему подошёл Мыш:

   — О чём это вы говорили?

   — Ты же слышал.

   — Как думаешь, он выступит против Триполи?

   — Не знаю, Мыш, и, по правде говоря, мне наплевать.

Раннульф поднялся, хрустнув коленями, поклонился алтарю и осенил себя крестом.

   — Пойдём в конюшню, поможешь мне с тем новым конём.

Он зашагал к двери, и Мыш двинулся следом.

Весной, когда красильщики сушили ткани на иерусалимских крышах и по Яффскому тракту двинулись первые караваны, Саладин прислал посольство с поздравлениями новой королеве и её королю.

Послом был табиб-эфиоп, евнух, который передал владыкам иерусалимским речи султана и вручил его дары. За его спиной, смешавшись со свитой, стоял, скрестив руки на груди, Али и разглядывал нового короля.

Никто о нём ничего не знал, кроме того, что он прибыл из Франции, постоянно исторгавшей за свои пределы поток желтоволосых, громогласных, деятельных мужчин. Этот не был исключением. Широкоплечий, с выпяченной нижней челюстью, он был младше Али; он стоял перед троном, и голос его далеко разносился по многолюдному залу.

— Я принимаю эти подарки и поздравления от султана Дамаска. Но пусть не думает, что мы слабы и нас легко купить красивыми безделушками и словами. Милорд граф Триполи заключил перемирие между нами и Дамаском, но, когда истечёт срок перемирия, пусть султан бережётся: мы будем готовы встретить его с мечом в руке.

Он говорил гораздо громче, чем требовалось. Его окружали шеренги крестоносцев. Его красивая молодая королева сидела одна на двойном троне и молчала, но взгляд её непрестанно обегал зал. Али уже высматривал среди тамплиеров знакомое лицо — но так и не нашёл.

Повсюду в городе были тамплиеры: у всех ворот, на улицах, на стенах. На сей раз и речи быть не может о том, чтобы свободно навестить святыни: это уже ясно дали понять. Али смотрел, как рослый, с каштановой бородой магистр Храма подошёл к королю и что-то зашептал ему на ухо, положив руку на локоть.

Табиб-эфиоп откланялся, и посольство покинуло цитадель, по узкой лестнице спустившись во внутренний двор, полный лошадей. Другие тамплиеры проводили сарацин во дворец, именуемый Ла-Плезанс. Али понял, что на сей раз ему не удастся встретиться со Стефаном л'Элем.