Напрягаюсь, вот оно, снова это слово «дом», которое больше не вызывает никаких приятных эмоций.
- Твой телефон звонил несколько раз. – Николас пытается перевести тему. Будто я не слышала, что мама звонит мне уже шестой раз подряд. Имею ли я право поступать с ней так? С отцом? Определенно. С ней? Нет. В любом случае, я все равно не беру трубку.
- Извини.. за неудобства. Это так.. – Не знаю, как продолжить. Стыдно?
- Все нормально, ты не вызываешь неудобств, чувствуй себя, как дома, правда.
- Спасибо.
Суть в том, что и дома я не чувствую себя, как дома, я не знаю, где мой дом.
Николас провожает меня до двери ванной комнаты, отдает чистые полотенца, натянуто улыбается, желая разрядить обстановку.
Мне приходится дважды помыть голову, чтобы быть уверенной в том, что яичная слизь полностью покинула волосы. Футболка оказалась не менее чистой, поэтому я позволила парню забрать ее в стирку и надела его майку, которая была достаточно длинной, чтобы прикрыть хотя бы задницу.
Нелепо поправляю мокрые волосы, когда выхожу из ванной.
- Спасибо за футболку. – Стараюсь улыбнуться, Николас кивает.
- Хочешь поговорить об этом? О том, что произошло.
Молчу. Хотела бы я рассказать об этом кому-то? Тому, кто бы понял меня, да. Поймет ли он?
Сажусь на край кровати, вытягиваю ноги, как дура рассматриваю свои ногти, накрашенные черным лаком, Николас сидит рядом и пристально наблюдает за мной. Я чувствую его запах на одежде, которую он мне дал. Пахнет свежестью, свободой и силой.
- Я говорила, что я плохой человек?
- Я не настаиваю, чтобы ты рассказывала мне об этом.
- Я хочу. – Говорю неожиданно, кажется для нас обоих. Он смотрит и его невероятной глубины, словно лунные кратеры глаза, говорят, что он готов меня слушать. И я рассказываю, рассказываю обо всем, что произошло в парке, я запинаюсь, но продолжаю говорить, я рассказываю о причине того, почему я оказалась там, почему я позволила каждому яйцу разбиться о мою голову, почему я вообще пошла на поводу у Кэтрин. Николас молчал, он злился, и я бы поняла, если бы он выгнал меня, но все что он сделал это глубокий вдох, а затем большим пальцем руки он вытер слезу с моей щеки.
- Ребекка?
Ребекка единственная причину появления, которой я не знаю.
- Клянусь, что не знаю, почему она была там. Я никогда.. – Он прикладывает указательный палец к моим губам.
- Я верю тебе.
- Спасибо.
- За что? – Хмурится.
- Это намного больше, чем дают мне другие. Я благодарна. Ты добр ко мне и..
Кажется, я расчувствовалась и это явно лишнее. Николас выплевывает быстрый смешок.
- Это не доброта, Лу.
- Нет?
Вот оно. Сейчас он поступит со мной так же, как и Гарри Стэнфилд, посмеется и скажет проваливать.
- Нет.
Он улыбается мне самой яркой улыбкой на всей планете, а я как дура сижу и хлопаю, испуганными до смерти глазами. – Нет? – Снова повторяю я.
- Ты слишком много предаешь всему этому значения. Твой парень так сильно запугал тебя?