Дороже всякого золота: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— В твои годы люди свою семью имеют, а ты гроша ломаного не заработал.

Снес попрек Иван, словом не обмолвился. Знал, что у отца негожи торговые дела. Еще зимой посылал к Костромину денег занять. Как расскажешь отцу, что, может, через художества и лавке его будет спасение. Вот сделает он, Иван, часы с секретом и продаст богатым купцам.

А того лучше самоход по Волге пустить. По берегу Оки стучат топорики. Строят суда работные люди. В городе ткут для них паруса. Ветер лучше весел судно гонит. Но бывает по нескольку дней тишина на реке. Виснут паруса, как крылья у подбитой птицы. Встал Иван из-за верстака. На полке модель судна-парусника. Сам когда-то строил. Парил еловые планки, чтобы изогнуть. Пазы паклей протыкал, потом смолил весь корпус. Добился: капли воды не пропускает. Снял Иван парусник с полки, поставил на верстак перед собой. Колесо по одному борту, колесо — по другому. Ясно представил. Колотятся лопасти по воде, толкают судно. Но чем вращать колеса? Подпер Иван лоб рукой, думает. Всякое в голову лезет: коней гонять на судне по кругу либо ворот с рукоятками установить. А если вперед судна легкие крапивинские ботники гонять? Завезут якорь и кинут. С судна выбирать его будут. Канат натянется, и пойдет посудина против течения. Но опять, чтобы выбирать канаты, силу какую-то нужно. В пору бы течение запрячь, но как?

Отломил Иван одну мачту, вторую.

— Зачем игрушку испортил? — В дверях Хурхом. Под глазом синячище.

— Кто это тебя?

— Пустяки! На Нижнем базаре. Вот тебе чего принес. — Хурхом пальцами залез к себе в рот.

— Зуб, что ли?

— Не, зубы все целые.

Довольный Хурхом протянул на ладони что-то металлическое с горошину.

— Гляди через стекло, которым от солнца прикуривали.

Через минуту Иван забыл и о самоходных судах, и о шестеренках для часов. Перед ним был действующий замок с ключами. Кулибин не мог оторваться.

— Ну и работа!

Хурхом зачерпнул ковшиком воды из кадушки. Выпил. Остатками смочил замусоленную тряпицу и приложил ее к синяку.

— Из села Павлова. Крепостные графа Шереметева. Тимоша говорит: в каждом доме там мастер.

Шумно на базаре. Куда ни повернись — бурлаки. Перемаялись долгую зимушку, перебились с корки на воду. Бурлак как медведь: зимой не слыхать, не видать, а пришла весна — объявился. Теперь надо повыгоднее продать себя на путину.

— Подходи, купец, подходи, молодец! Не постою в ряде, не будешь в накладе.

Тощий бурлак с опаленной бородой ломает подкову — силу показывает. Сломать ее ничего не стоит, потому что она надпилена. «Силач» тянется к степенным толстосумам.

— Господа хорошие, при надобности зубами пять пудов подниму. Прикажите из лабаза пятерик муки доставить.

Пятипудового мешка нет, и никто не собирается его доставлять.

— Разлюбезные, куда артели без песни! — предлагает свои услуги другой бурлак.

Хурхом подрядился на микулинскую «Евлампию Марковну». Он натянул на голову войлочную шляпу, за тесемку заткнул деревянную ложку — признак, что бурлак нанят.

«Евлампия» ушла на рассвете. Иван провожал ее с откоса. Рядом стоял Лешка Пятериков, сын Молчуна. Уши вразлет, вихры торчком.

— Вниз под парусами пошли, горного берега держатся — там течение шибче, — сказал Лешка.

— Вниз-то вода отнесет, а вот обратно, — вздохнул Иван. — Слышал ты, Алексей, сказку про ковер-самолет?

— Нет, — покачал головой Лешка, — Тимоша про такое не говорил.

— Сказывают, будто есть на свете ковер-самолет, на нем за тридевять земель можно улететь. А вот судна-самохода пока нет.

— А если его сделать? — осторожно спросил Лешка.

Иван улыбнулся: