«Я уже достаточно ждала, — полгода, даже больше! Я что, по твоему мнению, не имею права встретиться с собственным мужем?»
«Дело не в твоих правах. Тут все решают врачи».
«Доктор Грисвольд сказал, что я могу приехать. Он хочет, чтобы Брюс меня увидел. Разве он не объяснил тебе? Реакция Брюса поможет им решить, выписывать его, или еще рано».
«Да, знаю», — Рита зажгла сигарету и затянулась. — «Вспомни, что случилось той ночью».
«Но Брюс тогда был совсем болен — ты сама прекрасно знаешь. А сейчас он снова стал самим собой. Так ты заявила мне…»
Рита выпустила облачко дыма изо рта, а вентилятор мгновенно превратил его в серый туман, окутавший ее голову. «Я только сказала, что брат показался мне вполне нормальным. И с каждой неделей, проведенной в больнице, он все больше и больше приходит в себя». Туман постепенно рассеялся, и Карен снова сверлил безжалостный взгляд собеседницы. «Только не забывай вот о чем. Я его сестра. У него нет и никогда не было ни единой причины относится ко мне враждебно».
«На что ты намекаешь?» — Карен стиснула зубы, у нее застучало в висках. — «Хочешь сказать, что я виновата в том, что случилось?»
Тишину нарушил лишь мерный рокот вентилятора. «За этими намеками скрывается настоящая ненависть. Она ищет повод обвинить меня».
От волнения кружилось голова, челюсти свело так, что она едва могла говорить. И все же слова неудержимо рвались наружу.
«Хорошо. Пусть Брюс попал в лечебницу из-за меня. Ты навещала его каждую неделю, но врачи сказали, чтобы я не приходила, и я подчинилась. Шесть месяцев я сидела и ждала. Теперь мне разрешили его увидеть, и я обязательно приеду. Потому что, если он в порядке и готов выйти из больницы, я тоже несу свою долю ответственности, я обязана позаботиться о том, чтобы он не пробыл там ни одной лишней минутки».
Рита затушила сигарету. «Ладно. Тогда подумай еще вот о чем». Она прищурилась. «А если он не готов? Если, увидев тебя, снова соскочит с катушек? Такую ответственность ты тоже принимаешь?»
Теперь промолчала Карен. Оставшийся без ответа вопрос, словно эхо, вновь и вновь звучал в голове.
«Почему Грисвольд сначала позвонил тебе?» — наконец произнесла она.
«Потому что я все время возилась с Брюсом, и его врач, прежде чем принять решение, захотел узнать мое мнение по этому поводу».
«И ты ему высказала все, что думаешь, правда?» — еле слышно произнесла Карен. «Объяснила, что Брюс не готов со мной встретиться».
«Я сказала правду», — отозвалась Рита. — «Сказала, что считаю твое неожиданное появление слишком большим риском, ведь брата даже не подготовили к нему. Доктор сказал, что подумает».
«Стало быть, когда Грисвольд позвонил мне сегодня утром, он принял решение», — Карен поднялась. — «Раз он не боится, я тоже готова рискнуть».
«Рисковать будете не вы с Грисвольдом, а мой брат», — отозвалась Рита. — «Неужели ты неспособна понять это?»
Карен повернулась к двери, но Рита быстро встала, загородив ей дорогу. Сильные пальцы крепко сжали руку. «Предупреждаю: держись подальше от брата…»
Карен вырвалась, оттолкнула ее. — «Он мой муж. Я хочу вернуть его».
«Подожди. Нет, не смей…»
Рокот вентилятора заглушил тираду. Рита не пробовала остановить ее, но когда Карен села за руль, ей показалась, что она что-то крикнула. Шум мотора заглушил слова, а вечерний полумрак превратил лицо в бесстрастную серую маску.
Карен развернула машину, так что ее осветили последние лучи закатного солнца, быстро проехала ворота. Направо, потом на юг. Вокруг сгущались сумерки.
Скоро повсюду станет править ночь.
Глава 4
Когда Карен свернула с шоссе на узкую дорогу, прорезавшую лес, над холмами уже поднималась луна.
Сквозь деревья в последний раз блеснули огоньки станции, где она только что заправила бензином машину и купила сэндвич. Потом далекий свет растворился в темноте. Петляющий путь впереди окутал туман, и Карен снизила скорость до минимума, осторожно преодолевая внезапно выплывавшие из мрака крутые повороты.
На дороге ни одной машины, лес под холмами словно вымер. Луна поднялась выше, и в ее честь где-то далеко завел свою унылую песню койот.
К тому времени, когда она добралась до развилки, туман стал совсем густым, но Карен все-таки разглядела маленький белый знак, отмечавший пределы частного владения, и направила автомобиль по усыпанной гравием узкой дороге, петлявшей среди деревьев.
Вскоре луна пропала за высокими стволами, осталась лишь серая полоска пути, выхваченная неясным светом фар из кромешного мрака. Впереди возникла пара немигающих желтых глаз, но мгновение спустя их обладатель исчез среди деревьев, и Карен вновь осталась наедине с ночью.