— Пусть этим займется Дима, — махнул рукой Белявский. — Для нас обоих подберет кого следует…
— Нет уж, — качнул головой Разумневич. — Свою челядь я найду себе сам. Чтобы не перегружать твоего Димулю… А пока мы давай сделаем так. Проведем небольшой эксперимент. Если наши шефы безопасности работают на себя, то пусть твой Антон узнает от тебя какую-нибудь информацию, которую ты одновременно передашь мне, но с каким-нибудь ключевым словом. И если я услышу эту же информацию от своего Вадима, все встанет на свои места, и мы примем меры. Причем адекватные. Кстати, есть у тебя человек, в ком ты не сомневаешься?
— Этот, — кивнул на дверь Белявский.
— Ты про нашего гостеприимного хозяина, Станиславского современности? — ужаснулся Разумневич.
— Нет. Через Сашу, — кивнул Белявский. — Он спит с моей женой, я сплю с его подругой, поэтому мы в расчете и он мне предан как собака.
— Что тут скажешь? — пожал плечами Лев Семенович. — Прогресс налицо. Любовный треугольник преобразовался в четырехугольник. И это далеко не предел. Такой, наверно, и будет здоровая-семья нашего двадцать первого века. Ты, Эдя, как всегда, впереди паровоза.
— А ты, как всегда, мне завидуешь, — огрызнулся Белявский.
— Есть немного… Ну, договорились?
— Слушай, а почему не наоборот? — вдруг словно опомнился Эдуард Григорьевич. — Почему не твой Вадим передаст твою информацию моему Антону? — И махнул рукой в ответ на шумный вздох заклятого друга. — Ладно… Только не закатывай глаза. Шуток уже не понимаешь.
8
Драка, которая вдруг вспыхнула под вечер на Биби-ревском рынке между торгующими там азербайджанцами и местными бандитами, закончилась так же быстро, как и началась. Примчавшаяся милиция увидела только спины разбегающихся, перевернутые лотки и палатки, поломанные столики и стулья возле кафе и среди них два трупа в лужах крови. Оперативники сразу узнали среди убитых азербайджанца, верховодившего в своем землячестве, и русского — бывшего криминального авторитета Колюню.
В спине Колюни торчал нож, который врачи «скорой» вытащили не без труда, под хруст его ребер.
— Вот сволочи, что делают… — вполголоса сказал один врач другому. — Не только ударил, но еще провернул пару раз, смотри, смотри, как искромсал все…
Свидетели, все те же азербайджанцы, гудевшие, как растревоженные осы, видели, как Колюня зарезал их земляка. А вот кто ударил ножом самого Колюню, они, конечно, не видели.
Через несколько часов после случившегося Реваз сел в машину Вадима, поджидавшего его возле Петровского парка, недалеко от стадиона «Динамо».
— Какая-то у тебя сегодня машина чудная… — Реваз опустился на сиденье рядом. — «Шестерка», старая… Ты же только иномарки признаешь?
— Стукнул свою БМВ вчера, пришлось у соседа попросить… Ну так что? — спросил Вадим. — Чем порадуешь?
— Сейчас увидишь… Телевизор захватил, как договаривались?
— Вот, все на месте… — Вадим достал из сумки портативный телевизор фирмы «Саньо». — Включать?
— Включай, дорогой. — Реваз взглянул на часы. — Скоро тебе все за меня и расскажут, и покажут.
Увидев на экране галдящую толпу азербайджанцев на Бибиревском рынке и окровавленный труп Колюни на земле, Вадим присвистнул от восхищения, качнув головой:
— Вот это да!.. Так это ты его ножом? — спросил он негромко.
— Ты ж говорил про него — непревзойденный пером махать! — ответил Реваз. — И что почерк мне поменять надо! Вот я и поменял.
— А как ты там оказался? — не переставал удивляться Вадим. — Да еще в разгар драки?
— Ай, слушай… Какой разгар? — поморщился Реваз. — Секрет фирмы. Неужели сам не понимаешь? Я сам этот твой разгар-базар организовал. Там на меня этот Аликпер попер, ну, что рядом лежит… — Он ткнул пальцем в труп азербайджанца. — А я его до этого задирать стал, и тут Колюня, смотрящий, к нам подошел, типа порядок наводить. Ну, слово за слово, членом по столу, сам знаешь, как бывает… Толпа набежала, Колюня его пырнул, потом на меня, но я в суматохе тоже не растерялся.
— Тебя там видели?
— Конечно, видели, дорогой! — воскликнул Реваз. — Азеры видели. Только кто ментам скажет, если я на их глазах за земляка отомстил?
— Потише, — сказал Вадим, оглядываясь. — Я не глухой. — Он завел мотор. — Народу видишь сколько. Сегодня футбол. «Спартак» с кем-то. Давай отъедем, что ли.
Они объехали стадион, остановились в небольшом тупике.
— Классная работа! — не переставал восхищаться Вадим. — Просто слов нет. Я только одного не понял. Зачем тебе возле Олега нужно было светиться? Ну сделал ты свое дело, иди отдыхай, готовься к завтрашнему трудовому дню. Так нет, обязательно было нужно, чтобы по телевидению тебя там показали…