— У него все пассии похожи одна на другую, как с конвейера. А искомая вообще оказалось моей соседкой, — изложил Бедняков несколько упрощенную версию происшедшего.
— И она признаёт, что была у Резника, и это пока все?
— Все.
— Вот что, — решил Звягинцев. — Нужно вызвать твою соседку сюда к нам и как следует с ней поговорить: жестко объяснить, во что она вляпалась. Поскольку ты с ней знаком, тебе и карты в руки. И Шаповалов пусть на ус мотает. А я тебя прошу: не тяни с этим до завтра.
Выполнять руководящее указание в точности Бедняков не собирался. Звягинцев просто не обладал всей необходимой информацией и, в конце концов, розыскные мероприятия по делу проводил не он — и даже не Шаповалов. Говорить же Бедняков собирался с Гордеевым, а не с перепуганной Аней. И потому он сразу бросился звонить Гордееву на мобильный. Но никто не ответил. Может быть, они на всякий случай отключили все телефоны? Тогда Бедняков позвонил своей тетушке.
— Тома! Зайди, пожалуйста, к Ане. Если у нее сидит Юрка Гордеев, пусть срочно со мной свяжется. Я на работе.
— Что-то случилось, Толик?! — заволновалась тетушка.
Черт, не надо бы ее втягивать, подумал Бедняков. Ладно, уже поздно, все равно она пойдет, теперь не отговоришь.
Через минуту раздался ответный звонок:
— Толик, у Ани никого нет. И Юрина машина под окном не стоит. Наверное, они уехали?
— Хорошо, спасибо. Пока.
Он аккуратно положил трубку и со злостью хлопнул кулаком по столу.
Тут же раздался ехидный голос:
— Зачем же казенную мебель ломать? — Это был Гордеев собственной персоной.
Выглядел он чрезвычайно деловым, целеустремленным и в меру ироничным. Свидетельствовать это могло только об одном: он приготовился к весьма нелицеприятному разговору, возможно к скандалу. И уже собирается перегрызть глотку всем и вся во имя интересов клиента. Бедняков же, по-видимому, должен стать первой его жертвой. Неужели Аня решила отказаться от своих слов? Бедняков снова хлопнул по столу, на этот раз, правда, ладонью и не так сильно.
Гордеев еще раз улыбнулся, но тут же демонстративно откашлялся — надо понимать, вступительная часть разговора окончена. И спросил официальным тоном:
— Кто ведет дело по факту смерти Резника?
— Погоди. Оперативно-розыскные мероприятия провожу я. Достаточно? Можешь говорить со мной как с представителем следствия. Где Аня и что она надумала?
— Мне необходимо видеть следователя. Если желаешь поприсутствовать — вставай и проводи меня к нему.
— Может, все-таки сперва мне расскажешь? — предложил Бедняков почти заискивающе.
— Нет, — вздохнул Гордеев. — Зачем два раза ругаться?
— Тогда дуй к следователю Дудко из межрайонной прокуратуры.
— О черт! — Гордеев явно расстроился.
— Знаешь его, что ли? — догадался Бедняков.
— А то. Редкий… Ну ладно, раз ты так жаждешь, вот ознакомься. — И Гордеев протянул ему лист бумаги.
— Что это?
— Читай-читай! Потом все обсудим.
Бедняков наморщил лоб, пытаясь понять, в чем тут подвох.
Гордеев сказал:
— От себя могу добавить: есть веские основания подозревать связь Резника с организованной преступностью.