U-47 произвела на него хорошее впечатление. Длинная стальная рыба была стройна и прекрасна как чистокровный жеребец. Рабочие заканчивали отделку надстройки. Прин осмотрел корабль как знаток, ощутив законную гордость.
На следующий день, в 10.00 под тусклым зимним солнцем, на юте плавбазы «Гамбург» инженер-механик Вессельс представил экипаж U-47 командиру. Прин с воодушевлением осмотрел этих тридцать восемь моряков, построенных в две шеренги, и произнес короткую речь, используя самые простые слова, естественно слетавшие с его губ. А чтобы закрепить знакомство, обменялся несколькими фразами с каждым матросом.
Весной 1939-го начались ежедневные учения, а уже с первых дней августа U-47 была готова к походу в Атлантику. И тут началась война.
U-47 в сухом доке.
Война, которую на борту никто серьезно не воспринимал, шла всего месяц, а Прин уже готовился выполнить боевое задание, которое большинство его товарищей сочли бы самоубийственным. До сих пор никто не нарушал покой Скапа-Флоу. Но его захватила спортивная сторона предстоящего приключения, Прин чувствовал себя способным на этот морской подвиг. Он чувствовал себя рыцарем, готовящимся к поединку. Думал о дочери и жене. Что бы она сказала, если бы знала? Оглядываясь на свое небольшое семейство, вправе ли он был так рисковать? Он положил свою правую руку на лоб, словно прогоняя тревожившие его мысли, и увидел, что подошел к двери своего дома. Вынул ключ из кармана и бесшумно вошел. Четверть часа спустя он уже крепко спал.
Следующим утром, в понедельник, в октябре 1939-го, он постучал в дверь каюты капитана цур зее фон Фридебурга, начальника штаба коммодора Дёница. Он вошел и отдал честь.
— Я хотел бы встретиться с командующим подводными силами как можно скорее, господин капитан. Это срочно, — сказал он офицеру, сидевшему за столом.
Фон Фридебург протянул ему руку, затем поднял телефонную трубку и набрал внутренний номер.
— Здравствуйте, это — коммодор? Говорит фон Фридебург. Это касается капитан-лейтенанта Прина. Он хочет с Вами встретиться… да… сегодня же… Очень хорошо, господин коммодор.
Повесив трубку, он посмотрел на Прина.
— Добро, коммодор ожидает Вас к 14.00.
Перед тем как отправиться на «Вейхзель» Прин просмотрел бумаги, запертые в сейфе на «Гамбурге».
Ровно в 14.00 его принял Дёниц. Он стоял за своим рабочим столом.
— Да или нет? — спросил он тут же, слегка нахмурясь.
— Да, господин коммодор, — ответил Прин без колебаний. Он стоял по стойке «смирно», сжимая левой рукой рулон карт и конверт.
Улыбка скользнула на губах Дёница. Он положил ладони на стол и, наклонившись вперед, продолжал.
— Вы думали о судьбе фон Хённинга, Хансена и Эмсманна? В полной ли мере оценили трудности и опасности этой миссии?
— Да, господин коммодор, я полностью сознаю риск, по думаю, что у нас неплохие шансы на успех.
— Отлично, Прин. Если Вам удастся проникнуть в залив Скапа-Флоу, атакуйте только крупные корабли. Не разменивайтесь на мелкие. По тем документам, что я передал, Вы должны были отметить наличие крупных кораблей к северу от острова Флотта и в проходе между островами Суита и Риза.
— Да, господин коммодор.
— Ваш корабль готов к плаванию?
— Так точно, господин коммодор.
— Выгрузите лишнее продовольствие и топливо, а также ваши торпеды. Я прослежу, чтобы вам выдали электрические. Они бесследны. Сделайте это без задержки, чтобы быть в готовности к выходу в кратчайшее время.
Дёниц выпрямился и добавил:
— Уточним день выхода позже. Пока держите все бумаги у себя, они могут пригодиться как дополнительная информация на случай, если Вы, возможно, забудете какую-то деталь.
— Есть, господин коммодор, — ответил Прин, отдавая честь.
Он развернулся и вышел из каюты с рулоном карт и конвертом, который продолжал сжимать левой рукой.
Среда 4-го и четверг 5-го октября 1939 г. Часть продовольствия и топлива выгружены, к большому удивлению команды.
Пятница 6-го октября. Выгрузка парогазовых торпед и погрузка электрических торпед «G7e».