— Нет, — говорю я, — у нас пятьдесят одна тысяча тонн, а другая лодка имеет на три тысячи тонн больше.
По лодке разносится волна разочарования.
Поскольку весь боезапас израсходован и на борту остается только неисправная торпеда, предстоит обратный переход домой.
Я вызываю унтер-офицера-механика торпедного отсека.
— Попробуйте еще раз сделать все, что Вы можете, чтобы торпеду можно было использовать, — говорю я ему.
Он уходит. На следующее утро он докладывает о готовности торпеды к выстрелу…
Спокойное, ясное летнее утро. Мы идем вблизи от побережья. Море совершенно спокойно.
Тут вахта наблюдения докладывает:
— Впереди по правому борту пароход!
Огромный корпус с двумя дымовыми трубами. Идет на нас со стороны солнца, маневрируя в дикой пляске зигзага. Против солнечного света его окраска не видна, но по силуэту я определяю, что мы имеем дело с грузовым пароходом класса «Ормонд». Это значит, что его водоизмещение составляет более пятнадцати тысяч тонн.
Мы находимся в позиции по борту судна на слишком большой дистанции, но нужно стрелять, иначе судно начнет удаляться… И я обращаюсь к своим помощникам:
— Друзья, — волнение перехватывает мое горло, — зажмите большой палец! Удастся ли нам это сделать при таких неблагоприятных условиях?
Затем подаю команду:
— Пли!
Ожидание… Мучительно медленно отсчитываются секунды. Судно очень далеко.
Я думаю, слишком далеко…
Тут я вижу в перископ, что как раз посередине судна высоко, на уровень мачт, поднимается столб воды, и сразу после этого грохот взрыва достигает нашей лодки.
Огромный пароход медленно заваливается на правый борт.
Со всей поспешностью за борт спускаются спасательные лодки. Много лодок. В то же время в воде плавают сотни голов. Но им невозможно оказать помощь. Побережье слишком близко, и судно еще наплаву. На баке отчетливо видны стволы орудий.
Я опускаю перископ, и мы отходим под водой. Когда через несколько минут я снова смотрю в перископ, то вижу лишь спасательные лодки да спокойную гладь моря.
Я спускаюсь из боевой рубки и иду в свою выгородку, чтобы сделать очередную запись в журнал боевых действий.
У сферической переборки центрального поста я невольно останавливаюсь. На ней висит плакат, на котором большими буквами написано:
Скапа-Флоу
После обеда мы стоим, разговаривая, в кают-компании нашей плавбазы.
Распахивается входная дверь и на пороге появляется капитан первого ранга фон Фридебург.
— Внимание, господа! Капитан третьего ранга Зобе и капитан-лейтенанты Вельнер и Прин! Прибыть на «Вейхзель»[94] к командующему подводными силами!
Мы вскидываем в приветствии правую руку, и он уходит.
К нам обращается командир флотилии:
— Ну, что Вы там натворили? Нажрались пьяными? Или приобрели живность в волосах?
Он смотрит сначала на Вельнера, затем на меня. Вельнер отвечает за обоих:
[94] Плавбаза подводных лодок.