Дорогой Джим: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вокруг стояла сплошная серая стена дождя, сквозь которую все пни были похожи друг на друга, как близнецы. Прошло не меньше часа, прежде чем Найаллу удалось наконец отыскать место, которое описывала в дневнике Рошин, — за прошедшие годы спиленный дуб разительно изменился, единственная уцелевшая ветка уродливо искривилась в сторону, словно костлявая старушечья рука. Лодыжка нестерпимо болела. Первое, о чем подумал Найалл, когда на полдороге к вершине холма увидел спиленный дуб, — до какой степени это место смахивает на то, где в легенде Джима старый волк напал на принца Оуэна, наложив на него заклятие. Парень с невольной дрожью оглянулся — но вокруг не было ни души, только мокрые ветки со стонами цеплялись друг за друга, раскачиваясь на ветру. Интересно, может, они хотят ему что-то сказать, промелькнуло у него в голове… возможно, он поймет, если как следует постарается? Потом, спохватившись, проглотил уже висевший на кончике языка вопрос…

Похоже, пора сматываться, мрачно подумал Найалл. Судя по всему, здешняя атмосфера слишком сильно подействовала на него. Присев на корточки, он приглядел подходящее местечко между двумя корнями и принялся рыть руками землю. Пропитавшаяся водой грязь чавкала, словно хотела спросить: «Послушай, тебе действительно нужно это делать? Не пора ли вернуться домой, пока кто-нибудь не наткнулся на тебя, копающегося в чужой грязи?»

Конечно, никакого ножа тут нет. О чем он только думает? Это место давно уже превратилось в святилище, куда как магнитом тянет все разбитые сердца, от Франкфурта до Осаки, и так будет еще многие годы. Он уже с ног до головы извозился в грязи и всерьез подумывал, не бросить ли все это к черту. Передать всю имеющуюся у него информацию полицейским, и пусть себе разбираются. Тогда это будет их головная боль, а он вернется домой. Распрямив усталую спину, Найалл встал, слушая, как дождь барабанит по листьям. Почему-то он чувствовал себя полным ублюдком.

Потом глянул вниз еще раз и удивился — что это в яме делает салфетка?

Она уже почти совсем сгнила, но некогда это была прекрасная камчатная салфетка — глядя на оставшиеся несколько дюймов плотной ткани, легко было вообразить остальное. На одном из уголков сохранился даже вытканный букетик цветов — такая салфетка украсила бы любой стол.

Даже уставленный китайским фарфором стол в доме Мойры во время традиционного пятничного обеда.

Рухнув на колени, Найалл судорожно вцепился в расползающуюся под пальцами салфетку. Рошин ни за что бы не зарыла лезвие просто так, сообразил он вдруг, почувствовав, что ударился костяшками пальцев о что-то твердое. Она бы аккуратно завернула его — как и положено хорошо воспитанной девочке из приличной семьи. Трясущимися руками развернув пропитанный грязью узел, Найалл увидел нож, когда-то оборвавший жизнь Джима.

Зазубренное острие, с проступившими кое-где бурыми пятнами. Наверное, когда-то в этих местах была кровь, но от нее остались только ржавые пятна, так что любители сувениров наверняка были бы разочарованы. Торопливо сунув улику в карман, Найалл, несмотря на боль в ноге, поспешил поскорее убраться из леса. Сквозь сплошную стену дождя ему уже стали мерещиться какие-то подозрительные серые тени, подбирающиеся к нему со всех сторон. Появись сейчас на опушке Порик со своими охотниками на волков, окруженные стаей воющих гончих, Найалл, наверное, нисколько бы не удивился.

А деревья, своим шепотом предупреждавшие его об опасности, только молча смотрели бы, как собаки рвут на части незадачливого бывшего почтового служащего. Потому что даже деревья, мрачно подумал про себя парень, хорошо знают, когда имеет смысл попридержать язык — ради своей же пользы.

И хотя Найалл очень любил сказки, он уже заранее мог сказать, какой будет конец у этой.

В самом конце тропинки его поджидала Брона. Она стояла, облокотившись на изгородь. Не иначе крутой шериф с Дикого Запада, который напоследок смерит угонщика скота взглядом, прежде чем пустить в него пулю. Образ довершала самокрутка, свисающая из угла ее рта.

— Неважный день для пикника, — буркнула она, покачав головой.

Господи… в каком вестерне он слышал эту фразу? Найалл едва удержался, чтобы не улыбнуться.

— Знаю. — Он пожал плечами. — Костер не разведешь — слишком мокро. Вот я и решил пораньше уехать.

Брона, по-птичьи склонив голову, с интересом разглядывала подсохшую грязь, ровным слоем покрывавшую одежду Найалла наподобие шоколадной глазури.

— Ты только собираешься — да все никак не уедешь. — Она вытащила из кармашка блокнот и монотонно продолжала, словно зачитывая ему его права. — Незаконное вторжение на школьную территорию, которое можно рассматривать как попытку…

— Я никогда не…

— …совершить насильственные действия по отношению к ребенку…

— Что за чушь ты несешь?! — возмутился Найалл.

— …бродяжничество, проникновение на кладбище, да еще под покровом темноты, а теперь еще… — Брона покосилась на измазанные в грязи руки Найалла, — порча общественных земель. У тебя что — мало проблем? Кстати, по дороге сюда я наткнулась на Дональда Кремина. Имей в виду, он еще не оставил попыток найти человека, кто осмелился протянуть свои грязные руки к его единственной дочери! — И снова эта улыбка киношного копа. — И учти: старина Дональд бродит по окрестностям с бейсбольной битой в руках вовсе не потому, что вознамерился с утра пораньше подышать свежим воздухом!

— Кажется, я догадываюсь, что ты собираешься сделать, — пробормотал Найалл, глядя, как пальцы Броны играют застежкой «молнии» на ее форменной куртке.

— Ты хочешь сказать — арестовать тебя? О… так ты это имел в виду? — Она оглянулась через плечо. — Кстати, кажется, я тебя предупреждала — и не раз.

— Нет, — перебил Найалл, вспомнив ощущение чего-то искусственного, охватившее его, когда он разглядывал коттедж Ифе… словно театральные декорации перед началом спектакля — тщательно продуманные, чтобы произвести именно то впечатление, которое хотел режиссер. А эти свежие птичьи перья? Непонятный страх, который его преследователи явно испытывали перед этим местом? Тогда это показалось ему лишенным всякого смысла… но теперь… — Нет, я говорю о другом. О том, как старательно ты поддерживаешь легенду о проклятии семейства Уэлш — признайся, я угадал? Решила поиграть в вуду? Да брось, даже папаша маленькой Мэри Кэтрин побоялся войти туда, хотя ему до смерти хотелось меня сцапать! А ведь он чуял меня… знал, что я прячусь в коттедже. Однако так и не решился переступить порог. Что ты наговорила им? Что проклятие «сестричек Стилетто» их даже из-под земли достанет, так?

Брона быстро-быстро заморгала, изо всех сил стараясь не смотреть ему в глаза.

— Молчи! — буркнула она. — Ты понятия не имеешь, как мы…

И тут голове у Найалла что-то щелкнуло… и кусочки головоломки один за другой встали на место.

— Она пришла к тебе, верно? Ифе, я имею в виду. Что-то мне подсказывает, что это случилось вскоре после смерти Джима. Ты помогла ей исчезнуть из города и сделала все, чтобы ее не нашли, так? А потом занялась ее коттеджем — развесила там все эти перья и тушки животных. Чтобы никому и в голову не пришло пуститься на ее поиски, да?

— Так, хватит! Ты арестован за…

— А потом она снова постучалась в твою дверь — и произошло это всего пару месяцев назад. Потому что ей удалось сбежать из того дома в Дублине, верно? И это, думаю, было настоящим чудом. И все это время ты помогала ей — потому что мучилась угрызениями совести из-за того, что произошло здесь три года назад. Когда ты и пальцем о палец не ударила — а потом этот «дорогой Джим», по которому сходил с ума ваш город, изнасиловал ее… и ты снова заткнула уши и продолжала делать вид, что ничего не знаешь. Точно так же как и до этого — ведь тебе и в голову не пришло допросить его в связи с убийством Сары Мак-Доннел и всех остальных. И ты продолжала молчать — до тех пор, пока не стало слишком поздно. Помнишь это? Где она? В твоем подвале? Или в чьем-то еще коттедже, за тридевять земель отсюда, там, где даже вездесущим туристам ее не найти? — Протянув Броне руки, словно давая понять, что сдается, Найалл голосом Джона Уэйна заявил: — Валяйте, шериф! Арестуйте меня! Наденьте на меня наручники — а завтра я прямиком отправлюсь в редакцию «Южной звезды» и «Керриман» и расскажу тамошним парням все, что знаю. Ох и шуму же будет! Заранее представляю себе первые полосы газет! «ТАЙНА ПРОПАВШЕЙ СЕСТРЫ НАКОНЕЦ РАСКРЫТА!» Или нет — «МЕСТНАЯ ПОЛИЦИЯ ПОКРЫВАЕТ УБИЙЦУ!» По-моему, так даже лучше, как ты считаешь? Так или иначе, ты прославишься — это я тебе обещаю.

Брона молча стояла с пришибленным видом. Она даже не попыталась задержать Найалла, когда он протиснулся мимо нее и двинулся по дороге к городу.