Легенды и были Кремля. Записки : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Приближенные императора уже делали наброски манифеста к крестьянству. Что же удержало перо Наполеона? Почему он так и не решился обратиться к многомиллионному народу России? Сам император на этот вопрос ответит так: «Я не хотел разнуздать стихию народного бунта», при котором «не с кем» было бы заключать мирный договор. Он остался буржуазным императором, он боялся народа и отверг окончательно мысль поднять крестьянское движение. Тем временем пожар в городе стих, и Наполеон вернулся в Кремль. Никогда его окружение не видело своего императора таким мрачным.

Наполеону еще предстоял тяжелый бесславный путь из пустынной сгоревшей Москвы к Ватерлоо и острову в океане… Впереди его ждала смерть и посмертная слава великого полководца.

А в Москве осталась брошенная походная постель императора, барабан, сопровождавший полководца во всех его походах, и даже прелестный сервиз, украшенный портретами Жозефины и самого Наполеона. Вот и все…

После окончания войны, уже в царствование Николая I во дворце проводились реставрационные работы. Вплоть до 1917 г. дворец оставался дорожной резиденцией императоров.

Если сегодня, дорогой читатель, ты придешь к Петровскому замку или пойдешь гулять в парк, представь себе на минуту, что по этим дорожкам ходил сумрачный император Франции, что в апартаментах дворца останавливались все русские цари со времен Екатерины II и до 1917 г… и ты почувствуешь себя сопричастным с великой историей нашей родины и мысленно поблагодаришь великого зодчего Казакова, подарившего потомству этот сказочный дворец.

КРЕСТНИЦА ИМПЕРАТРИЦЫ

Ранней весной марта 1743 г. у купели новорожденной графини Екатерины Воронцовой стаивали ее крестная мать императрица Елизавета Петровна и крестный отец великий князь Петр, будущий император Петр III.

Казалось, это начало счастливой судьбы новорожденной. Но этой крошечной девочке была предназначена незаурядная жизнь. Были великие успехи и редкое кратковременное счастье, было и жгучее постоянное горе, и жестокие несправедливости судьбы, что дало ей право сказать: «…если кто-нибудь мог бы тогда предсказать мне страдания, ожидавшие меня, я бы положила конец своему существованию: «…у меня уже появлялось предчувствие, предсказывающее мне, что я буду несчастна…»[35]

Опечаленная с раннего детства преждевременной смертью матери и безразличием к ней отца, маленькая Екатерина найдет утешение в семье дяди Михаила Илларионовича Воронцова, где она воспитывалась вместе с дочерью дяди. У них были одни учителя, совместные развлечения, одинаковые туалеты.

Англофильские взгляды дяди — всемогущего канцлера — сыграли огромную роль в формировании мировоззрения молодой графини. В доме дяди Екатерина Романовна познакомилась с будущей императрицей Екатериной II, которая без труда очаровала девушку-подростка, поразив ее своим умом, начитанностью, возвышенностью мыслей. Хотя Екатерина Дашкова напишет, что она навсегда отдала свое сердце принцессе, но тем страшнее и болезненнее будет разочарование. В ту же пору на свою беду Екатерина Романовна встретилась с князем Дашковым. Князь Михаил Иванович не был принят в доме канцлера. Бедная девочка не знала о неблагоприятных отзывах о князе и не слышала и не ведала «подробности одной интриги, которая разрушила бы всякие промыслы о браке с ним»[36]. Тем более речь шла о близкой родственнице Екатерины Романовны. Она случайно встретила князя на прогулке и… без памяти влюбилась.

Думается, вряд ли бы красавец-князь, отчаянный гуляка и ловелас, женился бы на очень некрасивой маленькой графине, если бы не ее находчивость и не его несколько вольное поведение в свете.

Предоставим же слово самой Екатерине Романовне. Однажды на балу в Мраморном дворце канцлера собрался весь свет столицы. Дамы блистали туалетами, зал сиял сотнями огней, отражавшихся в бриллиантах красавиц, все утопало в цветах. А музыка гремела. В какое-то мгновение князь Дашков имел несчастье любезничать с Екатериной Романовной, расточая банальные, может быть, чуть вольные комплименты. Он забыл, что любезничает с племянницей канцлера. А зря… Решительная и находчивая графиня, без памяти влюбленная, подозвала дядю и смиренно произнесла: «Дядюшка, князь Дашков делает мне честь, просит моей руки». За свой тон князь тотчас жестоко поплатился.

Князь Дашков в полном замешательстве не смог признаться первому сановнику империи, что слова его не заключали именно такого смысла. И… князь женился.

Сама Екатерина Романовна пишет, что их брак — «Божий промысел», что их жизнь — безоблачное счастье. Действительность была более сурова. Князь, судя по его частым отъездам в Петербург и армию, рвался из дома. Безответная любовь княгини к супругу ничего не меняла в их отношениях. Ни рождение детей, ни умение супруги ладить с московской родней, ни срочное изучение русского языка, на котором только и умела говорить свекровь, не меняли дело. В доме дядюшки-канцлера говорили на иностранных языках, и только с прислугой маленькая Екатерина говорила по-русски.

В Москве Дашковы прожили около двух лет, когда накануне смерти императрицы великий князь Петр пригласил их ко двору. Супругам Дашковым приходилось бывать при дворе. И они были свидетелями невоспитанности, неуравновешенности императора Петра III.

Петр III не пользовался ни любовью, ни уважением близких и придворных, да и вообще его не выносили русские дворяне, церковь и гвардия. В России такой царь править не может. Так оно и случилось…

Это парадоксально: русское общество предпочло видеть на престоле не внука Петра Великого, а немецкую обрусевшую принцессу. Впоследствии ей простят и смерть императора…

Итак, Дашковы в Петербурге.

Здесь, по словам Герцена, началась политическая карьера Дашковой. Герцен имеет в виду застольный поединок Екатерины Романовны и великого князя на званом ужине.

Во время ужина великий князь, уже изрядно подвыпивший, разглагольствуя, заявил, что он считает, что конногвардейцу, осмелев-шемуся ухаживать за племянницей императрицы, следует голову отсечь…

На что возмущенная Екатерина Романовна жестко заявила: «Вряд ли подобное преступление заслуживает смертной казни, в России, к счастью, отмененной, да и не забыл ли Петр Федорович, что он еще не царствует?»

Воцарилось гробовое молчание. Но Петр нашел выход — «Великий князь в ответ показал мне язык». Великий князь все свел к шутке, ведь она была его крестницей.

Презирая великого князя, Дашкова была очарована его супругой, считая ее женщиной совершенной…

Тем тяжелее, тем страшнее будет впоследствии разочарование. А пока…

Пока Дашкова вся во власти очарования великой княгини, готова для нее на все. В канун Нового 1762 г., когда стало известно, что императрице Елизавете осталось совсем недолго жить, Дашкова, тяжело больная, отправляется тайно во дворец на Мойке, где жила великая княгиня, но черной лестнице пробирается в апартаменты Екатерины и, бросаясь к ней, заверяет принцессу в своей преданности, уговаривает ее перейти к «действию». Екатерина, великий дипломат, заверяет Дашкову, что она надеется только на Бога. В действительности она давно и планомерно готовит свержение супруга.

И оно свершилось 28 июля 1762 г. силами гвардейских полков. Петр III был низвергнут, и на штыках гвардейцев взошла на русский престол немецкая принцесса — будущая Екатерина II. Великая история, наверное, свершила свой провидческий замысел. Екатерина II сумела править огромной империей, сумела ее возвеличить и прославить навсегда. А что же Екатерина Дашкова?

Преувеличивая свою роль в заговоре, она вызвала неудовольствие императрицы. Ведь недаром она писала, что «более шести месяцев скрывать мои связи с гвардией», а в течение четырех последних недель старались говорить ей (Дашковой) как можно меньше! Какая же тут дружба!

Постепенно определяется и Дашкова и… разочаровывается в своем кумире: «Все делается волею императрицы!» Екатерина «…отдалилась от нее, — говорил Герцен, — с быстротой истинно царской неблагодарности. А как же жизнь семейная?

У Дашковой малолетний сын и дочь, а супруг… Князь Михаил, щеголь и кутила, делает огромные долги, заводит любовниц. Злые языки поговаривали, что князь «нежно дружит» с самой императрицей… Неверность супруга и «грязные» пятна на светлой короне императрицы нанесли чуткой душе Екатерины Романовны незаживающие раны.

С начала 1763 г. дружба с императрицей заканчивается. Екатерина вспоминает о княгине Дашковой с иронией, вокруг княгини тяжелая атмосфера недоброжелательства.

[35] Дашкова Е.Р. Литературные сочинения. М., 1990. С. 35.

[36] Там же. С. 27.