— В тихом омуте черти водятся, — сообщил Конфидо. Некоторое время он молчал. — Это я не только про Финков. Весь ваш квартал — тихий омут. Честное слово, кто-то должен обо всем этом книгу написать. Начать хотя бы с угла — Крамеры. Посмотришь на нее — тишайшее, благовоспитанное создание…
— Мама! Мама! — позвал ее сын несколько часов спустя. — Мама! Ты заболела? Мама!
— Теперь на очереди — Фицгиббонсы, — продолжал откровенничать Конфидо. — Этот бедненький, высохший коротышка-подкаблучник…
— Мама! — снова крикнул Пол.
— Ой! — воскликнула Эллен, открывая глаза. — Ты меня напугал. А почему вы не в школе? — Она сидела в кухонном кресле-качалке, слегка одурманенная.
— Так уже четвертый час, мама. А ты не знала?
— Господи, уже так поздно? День пролетел, а я и не заметила.
— Мама, а можно мне послушать? Можно, я послушаю Конфидо?
— Это не для детей, — возразила Эллен в легком замешательстве. — Так что нельзя. Конфидо — только для взрослых.
— А посмотреть на него можно?
Собрав волю в кулак, Эллен отцепила Конфидо от блузки, вынула наушник из уха и положила на стол.
— Вот, пожалуйста. Смотреть тут особенно не на что.
— Надо же, вот так просто лежит миллиард долларов, — негромко произнес Пол. — А с виду и не скажешь. Целый миллиард! — Он с большой степенью достоверности копировал вчерашнее поведение отца. — А мотоцикл мне купите?
— Всему свое время, Пол, — сказала Эллен.
— А почему ты до сих пор в халате? — поинтересовалась ее дочь.
— Как раз собиралась переодеться, — пояснила Эллен.
Она зашла в спальню — в голове все бурлило от подробностей скандала в семье соседей, о котором она что-то давно слышала, но сейчас Конфидо оживил воспоминания и украсил их живописными деталями, — и тут из кухни донеслись пронзительные вопли.
Она кинулась в кухню и застала там плачущую Сюзан, а рядом Пола — он покраснел, но вид у него был дерзкий. Из уха торчал наушник от Конфидо.
— Пол! — закричала Эллен.
— А мне плевать, — заявил Пол. — Я рад, что послушал. Теперь хоть знаю правду — знаю великую тайну.
— Он меня толкнул, — прорыдала Сюзан.
— А мне Конфидо велел, — сообщил Пол.
— Пол, — заговорила Эллен, охваченная ужасом, — о какой тайне ты говоришь? О какой тайне, милый?
— Я не твой сын, — сказал он угрюмо.
— Конечно, мой!
— Конфидо сказал, что не твой, — повторил Пол. — Он сказал, что я приемный. Что ты любишь только Сюзан, а мне достаются объедки.
— Пол, дорогой мой. Это просто неправда. Клянусь тебе. И я не представляю, что ты имеешь в виду под объедками…
— Конфидо говорит, что это как раз и есть правда, — упрямо повторил Пол.
Эллен оперлась о кухонный стол и потерла виски руками. Вдруг она подалась вперед и выхватила Конфидо из рук Пола.
— Дай сюда этого мерзавца! — велела она. Зажав Конфидо в руке, она решительно вышла на задний дворик.