— Это в счет моего долга. Я вам сообщу. — И капитан сменил тему, обратившись к близнецам:
— Какой вам насчитали налог с прибыли?
— Налог с прибыли?
— Что, еще не подсчитывали?
— Мы и не знали, что существует такой.
— Вижу, вы еще не освоились с экспортом-импортом, во всяком случае, на Марсе. Для граждан республики налог, разумеется, включается в подоходный, но граждане других планет платят разовый налог с каждой сделки. Поищите-ка себе консультанта — формула довольно сложная.
— Не будем мы его платить! — сказал Поллукс.
— Вы мало насиделись в тюрьме? — вкрадчиво спросил отец.
Поллукс умолк, и близнецы стали шептаться, обмениваясь выразительными взглядами и пожимая плечами. Потом Кастор встал.
— Папа, мама, можно нам выйти из-за стола?
— Конечно, если сможете вылезти.
— А десерт, мальчики?
— Спасибо, нам не хочется.
Близнецы отправились в город и вернулись через час — правда, без консультанта, но со справочником по налогом, который нашли в торговой палате. Взрослые еще сидели в большой комнате за разговором, стол сложили и подняли к потолку. Близнецы протиснулись мимо их колен к себе в комнату и там шептались некоторое время. Вскоре они вышли.
— Просим прощения, Хейзел?
— Что, Кас?
— Ты сказала, что твой гонорар равен двум третям нашей прибыли.
— А ты что, улизнуть собрался? Не выйдет.
— Да нет, ми заплатим. — И он отсчитал в руку Хейэел с полдюжины мелких мовет, — Вот, получи.
— Это что, и есть две трети вашей выручки?
— Все-таки убыток не совсем чистый, — сказал Поллукс. — Мы ведь пользовались велосипедами целых двести миллионов миль.
Глава 14
КОТОФЕРМА
Ванденберг сдержал слово. Они с Лоуэллом слетали на стратосферной ракете в открытый город Ричардсон и пробыли там три дня. Лоуэлл повидал марсианина и поговорил с ним. Но его предупредили, чтобы он об этом никому не рассказывал, и родные никак не могли добиться от него толку. Но простой вопрос с жильем оказалось уладить куда труднее, чем, казалось бы, неразрешимую задачу встречи с марсианином. Роджер так и не смог найти квартиру побольше и поудобнее даже за фантастическую плату. Город кишел туристами, и так будет до отлета на Венеру, когда большинство из них, совершающее тройной рейс, разлетится. А пока они толпились в ресторанах, фотографировали все, включая друг друга, и наезжали велосипедами на ноги прохожим. Кроме того, в город, и так переполненный, хлынули «песчаные крысы» из пустыни, стараясь правдами и неправдами попасть на узел Аллилуйя в астероидном поясе. Однажды за обедом доктор Стоун сказала:
— Роджер, завтра день платы за квартиру. Мне платить за полный месяц? Мсье д'Авриль упоминал, что Буркхардты поговаривают о том, чтобы остаться. — Заплати только за шесть дней, — посоветовала Хейзел. — После отлета на Венеру станет лучше — надеюсь.
— Слушайте, а может, вообще не платить? — нахмурился Роджер.
— Что ты говоришь, дорогой?
— Эдит, я все время об этом думаю. Прилетев сюда, мы планировали прожить здесь одну очередь. — Он говорил о пятнадцати месяцах до следующего благоприятного периода отлета на Землю, когда можно будет вычислить экономичную орбиту. — А потом собирались выйти на орбиту к дому. Все бы хорошо, будь в этой туристской соковыжималке приличное жилье. Но я не могу начать свою книгу. Если мне на колени не лезет Вундер, так его животное гуляет у меня по затылку.
— Что же ты предлагаешь, дорогой?
— Летим сегодня на Фобос, готовим старый «Стоун» к старту и двигаем на Венеру вместе со всеми остальными.
— Ура! Летим! — поддержала Мид.