— Испугалась небось, когда проснулась, а меня нету?
— Не то чтобы, но лучше бы ты оставил записку. Что это у тебя?
— Пиво и всякое мясное. Рада?
— Отлично. Не хочу сегодня никуда идти и вот пробую сообразить, что бы состряпать, но в доме ни кусочка мяса. Синтия взяла свертки.
— Кто-нибудь звонил или заходил?
— Ага. Проснувшись, я позвонила на станцию, там ничего интересного. Но зеркало уже доставили.
— Зеркало?
— Не строй невинные глазки, Тедди. Большое спасибо за такой приятный сюрприз. Пойди посмотри, как теперь красиво в спальне.
— Слушай, давай-ка разберемся, — остановил ее Рэндалл. — Я не знаю ничего ни про какое зеркало.
Синтия удивленно смолкла.
— А я думала, ты купил его мне, как сюрприз. Грузчики сказали, что за него уже уплачено.
— А на чье имя его доставили, на твое или мое?
— Даже и не заметила, я ведь тогда едва проснулась. Просто подписала какую-то бумажку, а они распаковали его и повесили, где я попросила.
Зеркало оказалось очень красивым — толстое шлифованное стекло с фаской, безо всякой рамы — и довольно большим. Рэндалл был вынужден согласиться, что теперь туалетный столик Синтии выглядит совсем по-другому.
— Знаешь, лапа, если ты хочешь такое зеркало — я тебе куплю. Но это зеркало не наше. Думаю, нужно позвонить и сказать, чтобы его у нас забрали. Где квитанция?
— Они, кажется, взяли ее с собой. Да и вообще, сейчас уже поздно, все закрыто.
— Тебе оно что, очень понравилось? — снисходительно, как ребенку, улыбнулся Рэндалл.
— Ну ладно, на сегодня оно твое, а завтра я подсуечусь добыть другое.
Это и вправду было великолепное зеркало — абсолютно прозрачное стекло, покрытое безупречным слоем амальгамы. Синтии казалось, что в него можно просунуть руку, как в открытое окно.
Когда они легли, Рэндалл уснул быстрее Синтии — это потому, подумала она, что я чуть не весь день провалялась. Приподнявшись на локте, она смотрела на мерно дышащего во сне мужа. Тедди. Он очень добрый — во всяком случае ко мне. Завтра я скажу, чтобы он не беспокоился доставать другое зеркало — зачем оно мне, собственно. Мне нужно одно — всегда быть с ним, чтобы ничто нас не разделяло. Вещи ровно ничего не значат, быть вместе — это единственно важная вещь. Синтия взглянула на зеркало. Красивое, слов нет. И такое прозрачное — ну как распахнутое окно. Сейчас ей показалось, что она может пролезть сквозь зеркало — как Алиса пролезла в Зазеркалье.
Проснулся Рэндалл от того, что кто-то кричал его имя.
— Вылезай из постели, Рэндалл. Ты опаздываешь.
Не Синтия, это уж точно. Он сонно протер глаза и попытался сфокусировать взгляд.
— В чем дело?
— В тебе, — сказал просунувшийся сквозь зерцало Фиппс. — Пошевеливайся! Не заставляй нас ждать.
Рэндалл инстинктивно посмотрел на соседнюю подушку. Синтия исчезла. Исчезла! Теперь у Рэндалла сна не осталось ни в одном глазу; мгновенно вскочив с кровати, он начал лихорадочно искать ее, сразу везде. В ванной нет — Син!! — в гостиной тоже нет, в кухне, в столовой — тоже.
— Син! Синтия! Где ты?
Все так же лихорадочно, он пооткрывал все шкафы и чуланы.
— Син!
Затем он вернулся в спальню и встал посреди нее, не зная, где еще искать — печальная босая фигура в мятой пижаме и с всклокоченными волосами. Взявшись одной рукой за нижний край эерявла, Фиппс без видимого напряжения перепрыгнул в комнату.