Введение в христианское богословие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Реформация и Постреформация, ок. 1500–1700 гг. (глава 3);

— современный период, с приблизительно 1700 г. до настоящего времени (глава 4).

Вполне очевидно, что трудно провести четкую хронологическую границу между многими из этих периодов; например, взаимоотношения между такими понятиями как средневековье, эпоха Возрождения и Реформация до сих пор продолжают оставаться предметом дискуссий, поскольку некоторые исследователи видят в двух последних продолжение первого, в то время как другие рассматривают их как самостоятельные движения и эпохи. Читатель должен понимать, что всякое деление в истории в определенной степени произвольно!

Глава 1. Патристический период около 100–451 гг

Христианство ведет свое происхождение из Палестины — конкретнее из района Иудеи и, особенно, из Иерусалима. Рассматривая себя продолжением и развитием иудаизма, первоначально христианство процветало в районах, традиционно с ним связанных, главным образом, в Палестине. Но оно быстро распространилось в соседние регионы, частично благодаря усилиям таких ранних христианских евангелистов как Павел из Тарса. К концу I в. христианство распространилось по всему Восточному Средиземноморью и даже было значительно представлено в Риме, столице Римской империи. По мере того, как Римская церковь становилась все более сильной, начала развиваться напряженность между христианским руководством Рима и Константинополя, предвосхищая будущий раскол между Западной и Восточной церквами, центры которых находились соответственно в этих городах.

В ходе этого распространения, в целом ряде регионов возникли значительные центры богословской мысли и богословских дискуссий. Из них можно выделить три, имеющих особое значение. Два из них были грекоязычными, а третий — латиноязычным.

1. Город Александрия, расположенный в современном Египте, ставший центром христианского образования. С этим городом стал ассоциироваться характерный богословский стиль, который отражал его давнюю связь с платоновской традицией. Читатель обнаружит указания на "александрийский" подход в таких областях как христология и толкование Библии, что отражает как важность, так и особенность стиля христианства, ассоциируемого с этой областью.

2. Город Антиохия и окружающие его районы Каппадокии, расположенные в современной Турции. Еще на ранней стадии распространения христианства в этом северном регионе Восточного Средиземноморья утвердилось сильное христианское присутствие. Некоторые миссионерские путешествия апостола Павла приводили его в этот регион, и, согласно книге Деяний Апостолов, Антиохия фигурирует в нескольких важных местах истории ранней Церкви. Вскоре Антиохия стала ведущим центром христианской мысли. Как и Александрия, она стала ассоциироваться с конкретными подходами к христологии и толкованию Библии. Термин "антиохийский" часто используется для обозначения конкретного богословского стиля. В IV в. "Каппадокийские отцы" также сыграли важную роль в развитии христианского богословия в этом регионе, особенно своим вкладом в доктрину Троицы.

3. Северо — Западная Африка, в особенности район современного Алжира. В позднеклассическом периоде здесь располагался город Карфаген, важный средиземноморский порт, который одно время выступал в роли политического соперника Римской республики в борьбе за господство над этим регионом. В период, когда в этот регион начало проникать христианство, Карфаген был римской колонией. К основным авторам из этого региона относятся Тертуллиан, Киприан Карфагенский и Августин Гиппонийский.

Указание на эти основные центры богословской мысли ни в коей мере не означает, что другие средиземноморские города не имели особого значения. Рим, Константинополь, Милан и Иерусалим также были центрами христианских богословских исследований, хотя и не столь значительными как перечисленные выше.

Пояснение терминов

Термин "патристический" происходит от латинского слова "pater" ("отец") и обозначает как период отцов Церкви, так и характерные идеи, которые развились в течение этого периода. Этот термин нельзя отнести к ограничительным во времени; в настоящее время в специальной литературе такого конкретного общепринятого термина не существует. Достаточно часто встречаются родственные ему термины, на которые следует обратить внимание.

* Патристический период. Этот период имеет достаточно расплывчатое определение, которое часто понимается как время между завершением новозаветных Писаний (ок.100 г.) и определяющим Халкидонским собором (451 г.).

* Патристика. Этот термин часто понимается как обозначение области богословских исследований, которая занимается изучением "отцов" (patres).

* Патрология. Этот термин когда‑то обозначал в буквальном смысле слова "изучение отцов", во многом также, как "богословие" (теология) обозначало "изучение Бога" (theos). В течение последних лет, однако, значение этого слова существенно изменилось. В настоящее время оно обозначает руководство по патристической литературе, которое позволяет читателям без труда ознакомиться с ведущими идеями патристических авторов и некоторыми проблемами толкования, связанными с ними, например, такое руководство было написано известным немецким ученым Иоганном Квастеном.

Обзор патристического периода

Патристический период несомненно выступает в качестве одного из наиболее волнующих и творческих периодов и истории христианской мысли. Одного этого факта достаточно, чтобы обеспечить постоянный интерес к нему в течение еще долгих лет. Этот период представляется важным и по некоторым богословским причинам. Каждое из основных христианских вероисповеданий — англиканская, православная, лютеранская, реформатская и римско — католическая церкви — считает патристический период важной вехой в развитии христианских доктрин и вероучения. Каждая из перечисленных церквей считает, что она продолжает, расширяет и, где это необходимо, критикует взгляды раннецерковных авторов. Например, ведущий англиканский автор XVII в. Ланселот Эндрюз (1555–1626) заявлял, что ортодоксальное христианство основывается на двух Заветах, трех символах веры, четырех Евангелиях и пяти первых веках христианской истории.

Этот период имеет огромное значение для прояснения целого ряда вопросов. Первоочередной задачей стало выяснение отношений между христианством и иудаизмом. Послания апостола Павла в Новом Завете свидетельствуют о важности этого вопроса в I в. христианской истории, когда большой интерес привлек к себе целый ряд доктринальных и практических проблем. Должны ли христиане, уверовавшие из язычников, а не из иудеев, обязательно подвергнуться обрезанию? И как следовало правильно толковать Ветхий Завет?

Однако, вскоре на передний план перед христианством выступили другие вопросы. Одним из них, имевшим особое значение во II в., стала апологетика — обоснованная защита и оправдание христианской веры перед лицом ее критиков. В первый период истории христианства государство часто преследовало Церковь. На повестке дня стоял вопрос выживания; немного оставалось времени и места для богословских споров, когда само существование христианства еще не воспринималось как должное. Данное замечание помогает нам понять, почему апологетика, благодаря трудам таких авторов, как Иустин Мученик (ок.100–165), которые стремились объяснить и отстоять вероучение и практику христианства перед враждебной языческой общественностью, стала играть в ранней Церкви такую важную роль. Хотя этот ранний период дал нескольких выдающихся богословов — таких как Ириней Лионский (ок.130–ок.200) на Западе и Ориген (ок.185–ок.254) на Востоке, богословские дискуссии могли серьезно начаться лишь после прекращения гонений на Церковь.

Такие условия возникли в IV в., после обращения императора Константина. В период своего правления (306–337) ему удалось примирить Церковь и Римскую империю, в результате менталитет Церкви стал менее замкнутым. В 321 г. император постановил, чтобы воскресные дни были общественными праздниками. В результате влияния Константина на империю, конструктивная богословская дискуссия стала общественным вопросом. Не считая довольно краткого периода неопределенности в царствование Юлиана Отступника (361–363), Церковь могла теперь рассчитывать на поддержку государства. Таким образом, богословие вышло из подполья тайных церковных собраний и стало вопросом общественного интереса и заботы во всей Римской империи. Доктринальные дискуссии все больше становились предметом не только богословского, но и политического значения. Константин желал иметь единую Церковь во всей своей империи и поэтому заботился о том, чтобы доктринальные разногласия принимались к рассмотрению и разрешались в первую очередь.

В результате этого, поздний патристический период (ок.310–451) можно считать одной из высших точек в истории христианского богословия. Богословы могли теперь свободно трудиться, не опасаясь гонений, и обращаться к целому ряду важных вопросов, стремясь закрепить возникающее в церквах богословское единомыслие. Установление этого единомыслия потребовало множества дискуссий и включало в себя болезненный процесс осознания Церковью того, что ей нужно было примириться с разногласиями и продолжающейся напряженностью. Тем не менее, именно в этом периоде можно усмотреть образование той значительной степени единомыслия, которое впоследствии воплотилось в экуменических символах веры.

Совершенно очевидно, таким образом, что патристический период имеет большое значение для истории христианского богословия. Тем не менее, оказывается, что он представляет большую сложность для современных студентов и семинаристов, изучающих богословие. Можно выделить четыре основные причины такого положения.

1. Некоторые споры этого периода кажутся безнадежно далекими от нужд современного мира. Хотя в то время они считались крайне важными, современному читателю часто трудно понять всю их важность и причину, по которой они привлекали так много внимания. В этом отношении интересно сравнить патристический период с эпохой Реформации, во время которой затрагивалось множество вопросов, продолжающих волновать современную Церковь; многие преподаватели христианского богословия обнаруживают, что их студентам значительно проще понять интересы этого, позднейшего периода.

2. Многие дискуссии патристического периода в той или иной степени вращаются вокруг философских вопросов, понятных лишь тем читателям, которые знакомы с философскими спорами того периода. Сейчас лишь некоторые студенты, изучающие христианское богословие знакомы с идеями, содержащимися в диалогах Платона, тогда как в патристический период эти идеи подверглись значительному развитию и критике в средиземноморском мире. Средневековый платонизм и неоплатонизм существенно отличаются друг от друга с одной стороны, и от первоначальных идей Платона — с другой. Незнание многих философских идей и концепций того периода представляют собой еще одним препятствием на пути его изучения, затрудняя студентам, делающим свои первые шаги в христианском богословии, понимание того, о чем шла речь в некоторых патристических дискуссиях.

3. Патристический период отличается чрезвычайным доктринальным разнообразием. Его вполне можно охарактеризовать как время постоянного движения, в течение которого еще только складывались такие ориентиры и стандарты, как Никео — Цареградский символ веры и догмат о двойственной природе Христа. Эта черта патристического периода часто вводит в смущение студентов, знакомых с относительной стабильностью других периодов в развитии христианских доктрин (таких, как Реформация, в котором личность Христа не включалась в число основных вопросов).

4. Этот период стал свидетелем крупного разделения, возникшего по политическим и лингвистическим причинам, между восточной грекоязычной церковью и западной латиноязычной церковью. Многие исследователи усматривают заметное различие в богословском темпераменте между богословами Востока и Запада: первые в большей мере были склонны к философии и богословскому умозрению, в то время как последние часто враждебно относились к вторжению философии в христианское богословие и считали эту дисциплину исследованием доктрин, изложенных в Священном Писании. Примером этой позиции может послужить знаменитый риторический вопрос Тертуллиана (ок.160–ок.225): "Что общего между Афинами и Иерусалимом? Или Академией и Церковью?"

Ведущие богословы

В ходе настоящей книги будут делаться многочисленные ссылки на значительное число богословов патристического периода. Следующие шесть авторов, однако, имеют особое значение и заслуживают того, чтобы выделить их для особого упоминания.

Иустин Мученик (ок.100–ок.165)

Иустин, по всей вероятности, выделяется как величайший из апологетов — христианских писателей второго века, которые отстаивали христианское вероучение перед лицом сильной критики со стороны языческих авторов. В своей "Первой апологии" Иустин утверждает, что следы христианской истины можно обнаружить у великих языческих писателей. Его доктрина о logos spermatikos ("семя несущем слове") позволила ему утверждать, что Бог подготовил путь для своего окончательного откровения во Иисусе Христе посредством намеков на эту истину в классической философии. Иустин представляет для нас ранний пример богослова, который пытается соотнести благую весть Евангелия и мировоззрение греческой философии — тенденция, которая в первую очередь связана с Восточной Церковью.