Откуда я беру силы? Злость. Она даёт мне силы. Злость и месть.
Это главное у человека. Кто живёт этим, у того ясная голова, быстрые желания. Злость, месть и разврат - вот что нужно человеку для здоровья".
И вдруг она заплакала.
- Что с тобой? - испугалась Зубейда.
- Не обращай внимания, - всхлипнула Шахзода, - сейчас пройдёт.
"Зачем, зачем нужна аллаху ещё и эта жертва, ещё и эта невинная птица, которая даже не начинала летать? - подумала Шахзода. - Что там происходит у них на небе? Почему бог, как мясник, требует одну жизнь за другой?"
- Почему мы должны привыкать друг к другу? - спросила Зубейда.
- А ты разве не знаешь?
- Нет, не знаю.
- И не догадываешься?
- Не догадываюсь.
"Дурочку изображает, - подумала Шахзода, вытирая слезы, - или меня считает дурочкой?"
Слабость её прошла. Минутная жалость, посетившая сердце, исчезла.
"Вспомни, для чего ты пришла,- напружинилась Шахзода.- Разозлись! Делай свое дело, оставь слёзы слабым..."
- Спустись на землю, - строго сказала она, - твоя свадьба будет не с поэтом Хамзой, а с моим мужем, Садыкджаном-байваччой.
Зубейда тревожно оглянулась. Ей послышались чьи-то шаги.
- Мы станем соперницами, - продолжала Шахзода, - но я не хочу, чтобы твоя судьба повторила мою. Многие завидуют мне, считая, что я купаюсь в золоте. Но это клетка из золота!
Такое же уготовано и для тебя... Я хочу помочь тебе, доверься мне. Мы должны дружить, а не воевать. Я попросила твою мать устроить эту встречу, чтобы подготовить тебя к свадьбе. Ты будешь во всём слушаться меня и делать всё, что я тебе прикажу.
Иначе ты навлечёшь на себя гнев мужа раньше, чем вы ляжете на брачное ложе...
Зубейде почудились голоса. Кто-то положил ей руки на горло.
- Нет, нет, нет, - прошептала она. - Я не могу, не могу, не могу... - Ей стало душно. Что-то сжимало голову, грудь. - Это невозможно! - рванула она платье на шее. - Ты говоришь так спокойно об этом... Несколько женщин любят одного мужчину. Нет, я хочу, чтобы меня любили одну, я ни с кем не хочу делить свою любовь!
"А разве я не хочу, чтобы меня любили одну? - подумала Шахзода. - Ведь поэтому и появился Алчинбек. Уж его-то я не делю ни с кем, знаю точно... Но, может быть, я и байваччу не хочу делить с этой дурочкой? Может быть, я хочу, чтобы у меня было несколько мужей, чтобы они ждали по ночам и мучились - кого я выберу сегодня?"
- Птицы вьют гнездо вдвоём! - страстно заговорила Зубейда. - Звери вдвоём выхаживают детёныша! Почему же люди, почему люди?..
- Оставь! - грубо оборвала Шахзода. - Я не Хамза, чтобы слушать твои газели. А ты не птица, а женщина с длинными волосами и коротким умом. И не надо пытаться понять то, что является делом мудрецов. Готовься лучше к свадьбе. А если начнут беспокоить нервы, на-ка вот этот пузырёк. Здесь очень хорошее лекарство. Сразу успокоит.
Зубейда взяла пузырёк. И вдруг пошатнулась. Схватилась руками за грудь, медленно опустилась на землю.
Рисолат, мать Зубейды, слышала, как дочь вышла из дома, знала, что в саду её ждёт Шахзода.
"О аллах, прости меня, - молилась Рисолат, - зачем я согласилась на их встречу?.. Почему Шахзода так настойчиво просила о ней?.. Она умная и понимает, что мне, больной, тяжело готовить дочь к такой свадьбе. Она объяснит Зубейде, что Садыкджан не отступится от неё, - она это знает по себе. Пусть попробует научить несчастную мою дочь, как надо молодой жене вести себя в первые дни в доме мужа, чтобы не ссориться со старшими женами. Если уж аллах послал нам за наши грехи такое испытание, надо сделать хоть что-нибудь, чтобы помочь Зубейде в её новой жизни".
Но почему она так долго не возвращается?
Рисолат поднялась, тихо вышла. Зубейды нигде не было.
Рисолат вошла в сад, сделала несколько шагов и вскрикнула.