- Господин капитан, у меня к вам просьба.
- Какая?
- В Коканде есть поэт Убайдулла Завки...
- Знаю.
- Он собирается написать поэму о моем дяде. Предать проклятию его имя за женитьбу на Зубейде.
- Я разберусь... Новую рукопись Хамзы не удалось посмотреть?
- Он её прячет.
- Значит, опять что-то крамольное... Ладно, расходимся. Ждите от меня сообщения.
Уже несколько раз приходил Хамза к Степану Соколову вместе с Убайдуллой Завки.
Завки нравилось бывать у паровозного машиниста. Его сажали на почётное место, угощали чаем, просили почитать стихи. Хамза сразу переводил их с узбекского на русский. Степан и Аксинья слушали стихи с большим интересом.
Однажды хозяин дома предложил гостям отведать его любимое блюдо - мясные щи. Завки от щей решительно отказался.
Тогда перед ним поставили большую тарелку с пловом. Завки собирал рис на краю тарелки небольшими кучками, мял пальцами и ловким движением руки отправлял плов прямо в рот, воздавая должное русскому дому, в котором умеют делать настоящий узбекский плов.
Всё было очень хорошо.
В тот день, едва ступив за порог, Хамза громко объявил, что сегодня большой праздник.
- Какой праздник? - удивлённо спросил Степан.
- Учитель написал замечательные стихи, - объяснил Хамза.
Аксинья принесла чай. Завки выпил несколько пиалушек и закрыл глаза. Потом начал читать стихи... Хамза переводил.
Аксинья всхлипнула. Завки быстро посмотрел на неё. Аксинья, закрыв лицо белой косынкой, торопливо вышла из комнаты.
- Женщина поняла, - сказал Завки.
Степан и Хамза молчали. Завки опустил голову и погрузился в раздумья.
Прошло несколько минут.
- О чём вы сейчас думали, учитель? - спросил Хамза.
- О будущем, - ответил Завки.
- Оно должно быть свободным для всех как небо, - сказал Хамза.
- И просвещённым, - добавил Завки, - ибо без знаний и утро ещё ночь...
- То-то и оно! - подхватил Степан. - Другой раз рассвело, а ты всё спишь. А сколько хороших делов можно со светом переделать?
- Да, знание дороже золота, - вздохнул Хамза, - ибо невежду постигает тысяча несчастий. А луч знаний ярче блеска драгоценных камней.
- Без грамоты нельзя, чего там говорить, - согласился Степан. - Тёмная голова хуже скотины - в любое ярмо первая влезет.
- Но тот, кто умножает знания, умножает и скорбь, - продолжил Завки. - Во многой мудрости много печали. А кто ничего не знает, тот никогда не бывает ни в чём виноват...
Он был доволен. Разговор в русском доме шёл по всем правилам развития беседы - сначала стихи, потом комментарии к ним, из которых каждый участник, как путник, глотнувший свежей воды из горного родника, набирается сил для новой дороги.