Он замолчал на минуту, еще более внимательно уставившись в лицо гадалке.
— Я вас помню… Тогда, при казни короля, — отрывисто проговорил молодой человек. — Вам, кажется, стало не по себе?..
Теперь и она вспомнила, где видела это лицо.
— Люди, обыкновенно, боятся крови, — он слегка усмехнулся. — А также боятся покойников. Это заблуждение, гражданка. Впрочем, я не о том. С чем вы пришли? Вы намерены сотрудничать с нами?
Изабелла молча кинула.
— Хорошо. Можете изложить все, что вы считаете нужным — прямо сейчас. И помните — волноваться вам нечего, республика казнит лишь преступников, настоящих врагов народа. К тем, кто становится на преступный путь из-за своих заблуждений, мы снисходительны. И не караем невиновных, — он говорил настолько твердо, как будто хотел убедить во всем прежде всего себя, а уж потом — посетительницу.
Отчего-то в его присутствии Изабелле стало чуть легче, словно бы омерзение от встречи на площади куда-то постепенно исчезало.
Она и в самом деле стала рассказывать о своих последних клиентах, о сглазах и порчах. Молодой человек слушал, что-то записывал. Но при этом он сохранял настолько рассеянный вид, что Изабелла уверилась — дальше него все, сказанное ею, не пойдет. И это было единственным хорошим обстоятельством за весь день.
— Пожалуй, будет довольно, — проговорил он, наконец, откладывая перо. — Вы можете прийти с докладом дней через пять… Я буду здесь.
Он задумался, а Изабелла не спешила уходить — она думала, что придется опять пройти через площадь.
— А ведь у вас и в самом деле Дар, — усмехнулся он. — Не спрашивайте, что это такое, все узнаете в свое время. Теперь можете идти…
На ее счастье, «добродетельная домохозяйка» все же убралась с площади. Путь домой был открыт.
«Я становлюсь очень сентиментальной, — подумала Изабелла, возвращаясь к действительности. — Хорошо это или нет?»
Почему-то она вспомнила того парня, с которым встретилась у ворот Новой Голландии. Он ничем не напоминал Жака, разве что волосы — такие же черные, как у него. Да, это, пожалуй, и все.
Она окончательно выключила телевизор. Изабелла просидела так минут пять, предаваясь своим мыслям и воспоминаниям. Но тишина отчего-то раздражала, она решила, что ляжет спать при работающем телевизоре. Пускай бормочет хоть что-нибудь, сегодня так будет легче и лучше.
А ведь, знай она, что ее ждет, могла преспокойно отыскать проклятую тварь — и прикончить ее. Прямо тогда.
Да ведь и искать было не особенно нужно — тварь находила ее сама. Достаточно было проследить путь до жилища «добродетельной домохозяйки», переступить порог, преодолев отвращение — и нанести единственный и точный удар. Правда, не очень ясно — в тот момент, когда она встретила тварь на площади, возможно, обычный удар ножом уже не смог бы ничего остановить.
Но в ту пору гадалка Изабо не умела убивать. Этому искусству ей пришлось выучиться позднее — и выучиться в совершенстве.
К тому же она не могла прочесть свою собственную судьбу. Так уж устроены не только гадалки, но и всяческие маги, и знахари. Они могут помочь другим, могут увидеть их вероятное будущее — но сделать хоть что-нибудь для себя — бессильны. По крайней мере, она так считала.
Поэтому Изабелла не представляла, что случится с ней, когда тварь, обезумев от голода, поймет, кто уничтожает ее пищу. Поймет — и решит навсегда поквитаться с гадалкой Изабо. Сумеет она победить тварь или нет — предсказать было невозможно. Оставалось лишь надеяться на сны.
Но в этот раз, заснув под бормотание с телеэкрана, никаких снов она не видела.
Глава 10
«И покойнички с косами…»
— Есть новости, — Марина оторвалась от компьютера и посмотрела на Татьяну.
— Рэкки сейчас доложишь? — спросила та, искоса глянув на отчет на экране.
— Да, наверное. Слушай, у нас есть кто-нибудь со знанием португальского?
— Ну, Алекс знает. А зачем тебе? Там же все дублировано по-английски, я правильно поняла?
— На всякий случай, похоже, что не очень-то оно дублировано.
В последнее время Марине пришлось заниматься именно кабинетной работой, хотя она и рвалась на оперативку — ведь почти вся «Третья стража» вела сейчас наружное наблюдение. Надо сказать, практически безрезультатно — по крайней мере, ни одного зомби не поймали.
Рэкки и Корвин оказались непреклонными: «Твоя работа поважней оперативки. Зря, что ли, ты проходила практику в отделе общественных связей. Вот и действуй…»
Действовать пришлось, сидя за компьютером и изучая базы данных самых различных отделений «Стражи» и союзных ей организаций по всему миру. Естественно, никто такие данные в Интернет, да еще и в открытый доступ, выкладывать не собирался. Поэтому информацию приходилось заказывать. И хорошо, если данные дублировались на английском или хотя бы на французском — порой не было и этого.