— Прекрасно, дорогой, — ответила я, которая теперь тоже, наверное, Величество?
Пока мы так мило беседовали, дверь церкви открылась и на пороге появились счастливые новобрачные, которые увидев присутствующих, сразу счастливыми быть перестали. Амалия побледнела ещё сильнее, чем тогда, когда ловила букет.
Мой муж подошёл и остановился у меня за спиной.
— Ну так что, Грейтис? — глядя на внезапно онемевшего буяна, холодно спросил Дин. — Как так вышло, что староста деревни дошёл до того, чтобы оскорблять и пытаться избить мою жену?
Лицо мужчины начало покрываться красными пятнами.
— Простите Ваше Величество, если бы я знал, что это Ваша жена, я никогда в жизни так не поступил бы.
— Но поступил бы, будь на её месте любая другая женщина? — голос мужа стал ещё более холодным.
— Нет-нет! Никогда!!! — почти прокричал перепуганный мужик.
— Тогда, что такое мы сейчас видели? — продолжал допрос Кордэвидион. — Ты вообще понимаешь, что только что, чуть не подписал себе смертный приговор? Если бы ты хотя бы одним пальцем прикоснулся к королеве, не говоря уже о… — Дин поддел ногой трость и отбросил её в сторону, — я бы тебя с землёй сравнял.
— Дин, — тихонько позвала я супруга, повернув к нему голову, а когда он взглянул на меня, продолжила, — У Дерика свадьба сегодня, а ведь Грейтис его отец. К тому же и не случилось ничего страшного.
— Не случилось только потому, что он напал на тебя. А если бы ему на дороге попалась, например, Амалия, ты думаешь он остановился бы? — сказал Дин и посмотрел на новобрачную. Та, просто оцепенела, глядя на своего новоиспечённого свёкра, Да и Дерик от нее не далеко откатился. Хотя надо отдать новобрачному должное, он решительно прикрыл грудью свою молодую жену. Чуть не прослезившись от умиления за столь мужественный поступок, я повернулась к матери новобрачного, надеясь, что счастливый вид сына смягчит хотя бы её отношение к свершившемуся браку. Зря надеялась. Мамаша жениха смотрела на Амалию с такой ненавистью, что у меня не осталось никаких сомнений, что она все силы приложит, чтобы заставить девушку очень сильно пожалеть, что она посмела посягнуть на место в её семье.
— Мне нужно подумать, — проговорив это, муж обнял меня за плечи и повёл к той самой телеге, у которой я отдавала малышу свадебного петушка. Сейчас там никого не было. Дин подсади меня на телегу и сел рядом, положив свою большую ладонь на мою руку. Пока он думал, я тоже немного решила поразмышлять, например о том, что муж мой ведёт себя несколько странно. Я попыталась посмотреть на нашу пару, как бы со стороны. А со стороны создавалось впечатление, что мы уже давно знакомы. То, как он смотрел на меня, прикасался ко мне, наводило на мысль, что он не раз уже это делал. Или не раз думал об этом. Вот и сейчас его пальцы легонько поглаживали мою руку, как будто это было для него обычным делом. И мне это начало нравиться.
Все это время Амалия и Дерик продолжали стоять на церковном крыльце, а родители парня у крыльца. Все ждали, какое решение вынесет Кордэвидион Тарлийский. Наконец он встал, снял меня с телеги и мы пошли к ожидающим королевского приговора.
Грейтис Дэрион, за нападение на Талию Тарлийскую, ты достоин смерти, — громко, чтобы было слышно, начал Кордэвидион, — но, с учётом того, что Королеве Тарлийской вред не был причинен и сама она прощает тебя, я решаю не лишать тебя жизни, но старостой ты больше не будешь. Я тебя поставил на эту должность, чтобы ты по мере возможности решал проблемы жителей деревни, а ты, как я вижу, решаешь свои проблемы за их счёт. Поэтому, сегодня же, ты подготовишь к передаче все необходимые отчётные книги и передашь их не позднее, чем завтра вечером Леонарду. — В толпе кто-то охнул и все посмотрели на покрасневшего от такого внимания мужчину, в котором я узнала одного из давешних камнерубов. — Для передачи прейдёте ко мне оба. Всем все ясно? Кстати, решение о браке Амалии и Дерека принял я, потому оно не обсуждается.
Получив подтверждение, что все ясно, мой муж повернулся ко мне и сказал:
— А нам пора домой.
— Послушай, Дин, — я не знала, как объяснить то, что меня тревожит, — ты посмотри на мать Дерика, она же девочке жизни не даст, это же та ещё горгона.
— И меня это должно волновать?
Я внимательно посмотрела на мужа, а потом сказала:
— Нет, не должно. Но это волнует меня. — и повернувшись к мужу спиной пошла к новобрачным, которые без моего вмешательства, скорее всего, новобрачными никогда не стали бы, поэтому я чувствовала ответственность за только что созданную семью. Они так и не решились спуститься с церковного крыльца. Я подошла к ступенькам и громко позвала:
— Амалия! Ты собираешься спускаться? Сколько уже можно ждать? — девушка вздрогнула от не неожиданности и выскользнув из-за спины любимого бросилась ко мне.
— Да не беги ты так, я же все равно уже жду, притормозила я её. Когда Амалия остановилась передо мной, позади нее тут же нарисовался её рыцарь. А может он не так уж безнадёжен, как я сразу подумала?
— Амалия и Дерик! — начала я торжественную речь. — Поздравляю Вас с бракосочетанием и хочу подарить кое-что. — Я сняла с шеи ажурное колье, которое подарил мне Витюша на день рождения и подала его Дерику. — Надень это своей жене.
Амалия от восхищения даже дыхание затаила и от полноты чувств чуть не прижала к груди свадебный букет. Я её едва удержала от столь опрометчивого шага. Девушка бросила на меня благодарный взгляд и спросила:
— Чем же я могу отплатить за Вашу доброту, госпожа? — на глазах у нее заблестели слезы. — как раз подобного вопроса я и ожидала. Оглянулась на мамашу рыцаря, вот же, чертова баба! Она смотрела на невестку так, будто сожрать её была готова. А я таким же громким голосом, как и ранее, продолжила:
— Если ты не против, мне хотелось бы стать крестной матерью Вашего первенца.
— Я буду очень счастлива! — воскликнула Амалия.
— Ну тогда, я просто уверена, что мы станем подругами и будем часто видеться, — жизнерадостно пропела я, глядя не на девушку, а на её свекровь, которая перестала сверлить глазами нежеланную невестку и уставилась на меня, я же сделала последний выстрел, — А за своих друзей я могу и горло перегрызть.
От этих моих слов достойная дама так шарахнулась, как будто я уже щёлкнула зубами у её шеи. Я же помахала Амалии на прощанье рукой и пошла к мужу:.
Ну что ж, домой, так домой.