Королевский гамбит: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Кончено, — сказал Мартин, стоя в воде первого океана.

Мы плескались в солёных водах, нагретых солнцем и скованных льдом, и шли вперёд, и видели, как широким взмахом руки/крыла на голые плечи планеты легла шуба атмосферы и небо стало голубым. И мы сделали первый вдох, и закричали, обожжённые горячим мёртвым воздухом, и Мартин, воздев ладони к яркому солнцу, ушёл корнями в глубь земли, шагнул вперёд и покрыл зеленью бесплодные холмы и мёртвые глубины океана.

— Кончено, — сухими губами сказал я и понял, что теперь я один.

Из всех нас я был самым слабым и долго ещё скитался по тихо зеленеющей земле. Я не должен был делать следующего шага, но я не властен над собой, и предназначение Четвёрки билось в моём сердце. И рассыпаясь первыми спорами жизни, разбрызгиваясь каплями протоплазмы, я снова услыхал, как зовут меня мои братья, и тихо сказал в ответ им: «Вот и я….» И, проникая взором в будущее, я увидал мириады живых существ — первых бактерий и червей, медуз и трилобитов, первую рыбу и полёт птеродактиля в бездонно-синем небе.

— Нет… — выдохнул я и вскричал: — Нет!

Но странное существо, вечно недовольное собой, уже спускалось с деревьев и брало в руки первую дубину. И распрямлялась спина, и кремень в содружестве со сталью высекал первый огонь, и неисчислимые стада копытных кочевали по степи, и стонала ночная птица от безысходной тоски. И сверкали молнии мечей, и стелился дым от порохов, и рвались к небу бетонные города и остроносые ракеты, и пламя обжигало наши глаза.

— Да, — тихо выдохнул Миркет.

— Да, — плеском волн отозвался Хэллор.

— Да, — прошелестел Мартин, и вспять было не повернуть.

И я сделал шаг.

Существа обретут разум, слабый, детский, но будут взрослеть и расти, и наступит миг, когда они заглянут наконец в бездонные глубины, и Вселенная содрогнётся, потрясённая слабым существом, порождённым мной и нами. И перед тем как мой разум слился с Вечностью, я закрыл глаза, чтобы не видеть, как это произойдёт, и вслед за братьями сказал чуть слышно:

— Да…

Мы — Четвёрка.

Мы разбудили этот мир и этих людей, и теперь Жизнь и Смерть в их руках.

Мать Вселенная!

Прости нас!

и

их

тоже…

КОММЕНТАРИИ

В своё время меня очень увлекла идея романа Орсона Скотта Карда «Игра Эндера», где мальчика, талантливого игрока, под видом компьютерной игры заставили выиграть настоящее звёздное сражение. Это было потрясающе, но верилось в это как-то с трудом. Но лет пять назад я сам купил компьютер, тесно познакомился с индустрией компьютерных игр и убедился, что это действительно впечатляет. В 2002 году я слегка устал и от фэнтези, и от компьютерных игрушек, у меня руки чесались написать что-нибудь в стиле технотриллер или киберпанк. Однако в итоге получилось что угодно, только не киберпанк и не технотриллер. Когда возник замысел написать роман, где главным героем был бы ремонтник боевых машин, я сразу решил, что дело будет происходить в Штатах, а парень будет из русских — этот «эффект иностранца» объяснял бы, почему он подмечает то, на что другие закрывают глаза (в принципе это мог быть пуэрториканец, но пусть тогда о нём пишут пуэрториканцы, а мне это неинтересно). Сперва я хотел описать игру во вселенной Mechwarrior, но, познакомившись с ней поближе (сам я никогда в эту игру не играл), пришёл в ужас от количества кланов, законов, традиций и боевых механизмов. Пришлось изобретать что-то своё. Я бодро написал почти треть книги, когда с удивлением обнаружил, что всё закончилось. Нет, конечно, можно было дальше «крутить динамо» — описывать приключения, перестрелки и то, как умный русский спасает толстых глупых янки, но этого добра у нас и так предостаточно. В литературе есть закон — нельзя продолжать действие, когда основная интрига кончилась, а всё, что я хотел сказать этой вещью, я уже сказал. Даже обидно, что я так тщательно выписывал характеры персонажей, продумывал историю… Но нет худа без добра — в итоге получилась крепкая, добротная повесть, а в моём багаже не так уж много повестей. По логике вещей, надо было назвать её «Dust on the wind», с отсылкой на песню группы «Kansas», но я не рискнул.

Когда-то в Перми, в библиотеке им. Пушкина ежемесячно собирался клуб любителей фантастики «Солярис». Увы, сейчас всё в прошлом — былые его участники и активисты выросли, а новых так и не появилось. Вообще очень обидно, что движение КЛФ в стране практически умерло. Остаётся надеяться, что Интернет в некоторой степени послужит ему заменой. Но к делу. На одном из заседаний произошёл спонтанный диспут на тему, как распознать среди нас пришельца, если его нельзя пальцем тронуть, а можно только задавать ему вопросы. При этом пришелец внешне неотличим от человека и не хочет, чтоб его раскрывали. После жарких часовых дебатов терпение у меня лопнуло и я сказал, что распознать никак нельзя, проще трахнуть его швеллером по голове. На следующее заседание я принёс «Бабушку». Хохот стоял неописуемый, все стали требовать продолжения. Продолжение последовало. Однако закончить всё мне удалось лишь спустя полгода, когда издательство «АСТ» предложило написать третью часть и издать всё одной книгой, что и было сделано. Все герои этой истории списаны с реальных людей (за исключением разве что майора Холодкова), а Сергей Кабанов широко известен в андеграундных кругах. Что касается самого замысла, то поначалу я был им не очень доволен (в большей степени всё это намечалось как шутка, фенька, а не рассказ). Но затем то, что началось с безобидной потасовки возле гастронома, как-то незаметно приняло глобальный характер, в повесть проникли политический и экологический подтекст… в общем, всё стало на свои места. Некоторое время после этого мои знакомые не могли ходить в Центральный гастроном — их там просто сгибало от смеха (ныне, кстати, ЦГ вполне цивилизован — описанного в повести вы там не найдёте, а вот улица по-прежнему наполовину лежит в руинах). Апофеоз был, когда спустя полгода местная пресса сообщила о появлении в небе возле города Кунгура таинственных чёрных шаров. В Кишертском районе и раньше была аномальщина, так что я не очень удивился. Должен признаться, заглавие «Парк Пермского периода» я позаимствовал из названия рубрики в местном журнале «Пресс-центр», посвящённой истории заповедников родного края. И ещё. Меня часто спрашивают, как мы смогли столько выпить. Друзья! Заверяю вас — автор и его герои — далеко не одно и то же. Я действительно был в Молёбке, в Башкирии, на реке Белой, а также в Кунгурской ледяной пещере… Но большинство событий в повести вымышленные. Это просто фантастика.

Когда у нас с друзьями зашёл спор, как мир пришёл к единобожию и, вообще, почему потерпел неудачу такой слаженный пантеон римских богов (а также египетских и скандинавских), один человек привёл этот самый аргумент насчёт доброты, — я это запомнил. Позже, в «Башне гоблинов» Спрега де Кампа, я наткнулся на грустный и одновременно очень смешной эпизод со статуэткой бога и приношением цветов. Так и появился этот маленький рассказик. До сей поры он лежал у меня в столе, и всякий прочитавший его неизменно спрашивал, почему он до сих пор не напечатан. Сам не знаю почему и сейчас исправляю это досадное недоразумение.

Рассказ вырос из ночных бдений в терминальном классе, который одно время представлял собой для нашей тогдашней компании что-то вроде клуба по интересам, поэтому местонахождение его, увы, я выдать не могу. Там были написаны первые главы «Лиса», кое-какие рассказы, сыграно немало игр, и там же, когда в очередной раз вирус грохнул операционку, кто-то высказался в сердцах, что производство компьютерных вирусов в Китае и окрестностях, наверное, поставлено на поток, непонятно только, зачем они это делают. Другой парировал: «Почему только компьютерных?» (все как раз переболели гриппом) — и сюжет родился. Игры «Prince of Poverty Line» не существует, название я взял с диска группы «Skyclad». Увы, уже нет того старого терминального класса, да и ребят разбросало по свету. Но я помню и то время, и все имена.

Принято считать, что идеи к писателям частенько приходят во сне. Смею думать, ко мне это не относится: всё, что мне снится, обычно лишено какой-либо логики и являет на бумаге полную несуразицу. «Зверики» — тот редкий случай, когда этот тезис сработал. Было начало июля, я схватил простуду и двое суток провалялся как тюлень, горстями лопая медикаменты и слушая Криса Сфириса, а утром третьего дня проснулся с готовым рассказом в голове. Понадобился час, чтоб записать его, пока текст не «выветрился», и пара дней, чтобы додумать и доработать, — оперативность для меня невероятная. А результат меня удивил: до сих пор это один из любимых моих рассказов. Что интересно — до того у меня и в мыслях не было писать что-то подобное, сюжет и фабула возникли совершенно спонтанно. При перечитывании рассказ напомнил мне творения Джека Вэнса (у него часто встречаются описания чуждых социума, культур, ритуалов) — отсюда посвящение. Язык молитвы Оджикуты я сделал как можно более архаичным, поэтому в тексте масса странных слов и оборотов. Известный московский критик и обозреватель Владимир Ларионов разразился по этому поводу гневной тирадой в своём живом журнале, налетев на все расставленные мной подводные мины. Я долго смеялся.

Один из редких для меня случаев, когда название возникло раньше замысла. Ещё студентом я пытался писать «славянское фэнтези» и затеял целый роман, но вскоре понял, что дело это гиблое и есть только два пути — либо утонуть во всяких «ой ты, гой еси, добрый молодец», либо неприкрыто над тем же постебаться. Чем дольше я работал, тем короче становился текст, и тем меньше оставалось в нём тех самых «гой еси» и больше появлялось приколов и хохм. В итоге всё превратилось в рассказ. Около двух лет он оставался без концовки, пока случайно в одной из экспедиций я не прочитал неправильно надпись на карте (р. Горынь) и понял, что нашёл «недостающее звено». В книгах Амоса Тутуолы тоже встречается определение «бес смертный», но с его творчеством я познакомился значительно позже. «Иван-Дурилка» на сегодня единственный мой текст, который народ самопально начитал и выложил в сетку на сайте аудиокниг.

Скорее это фреска из тех рассказиков на одну страничку, о процессе написания которых сказать, в общем, почти нечего. Просто однажды увидел в газете заметку про гибель актёра Ривера Феникса, удивился — какое странное имя! — и задался вопросом, как бы жили люди, если б наши имена на самом деле что-то значили не в смысловом, а в магическом аспекте. Я тогда пребывал в депрессии. Некая жестокость происходящих событий, наверное, проистекает из этого, а может — из устройства тамошних мира и социума, о которых я, честно говоря, не задумывался. И вам не советую.

Всегда испытываю непередаваемое чувство горестной утраты, когда кто-то уходит из жизни раньше срока, и безразлично, творческий это человек или нет. Обиднее всего, если причина кроется в наркотиках, алкоголе и других творениях человеческой глупости. И когда один мой приятель, талантливый пермский музыкант, начал закидываться порошком, я не на шутку психанул. Пришлось с ним серьёзно побеседовать. Уже после этого, на Севере, возник замысел рассказа, как музыкант попадает в параллельный мир и там видит в продаже записи собственной группы, которую он здесь так и не собрал, но там его, мегазвезду, сгубили слава и наркотики. Однако эта идея показалась мне слишком банальной, я поразмыслил, поменял местами «числитель» и «знаменатель» — и вдруг всё «заиграло». Тогда у меня ещё не было доступа к Интернету, и пришлось перерыть кучу литературы по рок-музыке, чтобы ассортимент компактов у продавца выглядел достоверным и убедительным. Извиняюсь, если это кого-то напрягло. Позже мне пришло в голову, что никакого продавца могло и не быть — всё это вполне могли подстроить друзья музыканта, чтоб стащить его с иглы. Но это уже роли не играет — результат-то тот же! Кстати, мой друг, о котором я писал выше, с наркотой завязал. Надеюсь, навсегда.

Это единственный мой рассказ, написанный с подачи другого автора. В 1999 году я приехал в Харьков на первый «Звёздный Мост» и побывал в гостях у Дмитрия Громова и Олега Ладыженского, До сих пор с очень светлыми чувствами вспоминаю те дни. Прогуливаясь в их компании по улицам после конвента, я наслаждался беседой, когда зашла речь о разных замыслах, и Олег вскользь обронил мысль, что неплохо было бы написать рассказ про Конана-варвара, где тот уже состарился, безвылазно сидит в замке и никто его в грош не ставит, всем заправляет жена, челядь над ним насмехается и т. д. Мы посмеялись, хотя тогда идея не показалась мне перспективной. Но после, по пути домой, ворочаясь на полке в плацкартном вагоне, я вдруг подумал, что у неё вполне может найтись «второе дно» и ехидная пародия может вырасти в полноценный рассказ «о дружбе и недружбе». По прибытии в Пермь я отправил Олегу письмо с описанием своей задумки и получил «добро». Имя Короля в рассказе не упоминается, но, думаю, знающий человек всё поймёт (не зря же в тексте упоминаются Киммерия и Аквилония). Этот рассказ номинировался в 2000 году на малый «Интерпресскон» и «Бронзовую улитку», но не получил ни того ни другого. Если честно, меня слегка напрягает тот факт, что в нём так мало фантастики. А если разобраться, её там нет вообще.

Зашедши в гости на работу к своему другу Сергею Лекомцеву, в Институт рыбного хозяйства, я просидел там до позднего вечера и заночевал в библиотеке, в спальнике, меж стеллажей. А наутро, проснувшись, первым делом потянул с полки какую-то книжку, оказавшуюся… справочником по реактивной авиации XX века. На кой он сдался в Институте рыбного хозяйства — ума не приложу. Как раз тогда же в институт заглянул Виталий Смирнов, который в это время разрабатывал ролевую игру «Амулет дракона». Они с Сергеем стояли в коридоре, у дверей в библиотеку, и обсуждали повадки, вооружение и прочие особенности драконов. А я лежал и читал ТТХ самолётов. И постепенно у меня в голове спросонья всё так перепуталось, что я сам уже не понимал, что я читаю, а что слышу. Когда я наконец выбрался из библиотеки, сюжет был уже вчерне готов, а Смирнов с восторгом подхватил идею. Так мы и писали вдвоём — я сидел за компьютером, а Виталик дымил трубкой в кресле и давал советы, причём время от времени оба покатывались от хохота. В итоге и получилось вот такое безумное шкодничество. Самое смешное — почти ничего не пришлось переделывать, знающий человек сразу опознает и голландский концерн SABCA, и американский McDonnel-Duglas, и ракеты SRAM, а многие цитаты и технические термины и вовсе перекочевали в рассказ из справочника неизменёнными — его создатели даже не поняли, насколько уморительными они у них получились. Впоследствии Виталий пытался написать продолжение, но из этой затеи, к сожалению, ничего не вышло. При первой публикации из рассказа загадочным образом исчезла фамилия моего соавтора. Исправляю эту досадную неприятность.