— Проверь, — сказал он.
Уильям, облачённый в шлем и чёрный вир-комбез, хлопком ладони по плечу включил консоль и пробежался по сенсорам. В башне заурчало, дважды взвизгнули моторы. Бронированная полусфера повернулась вправо, влево, пошевелила стволами. Замерла. Слышно было, как внутри двигаются и шуршат элеваторы перезарядки, пока что вхолостую (боепитание стояло на нуле). Майк проверил сканером герметичность стыка и поднял палец: «Порядок!»
Билл кивнул, поджал локти, вскинул руки и зашевелил пальцами.
Выдохнула пневматика, из-под робота во все стороны брызнула пыль. Закрутился радар. Зелёная бронированная громада «Ящера» с тихим лязгом приподнялась, слегка качаясь, расправила суставчатые клешни и вдруг… быстро-быстро зашагала к Майку. Громадный механизм двигался проворно и легко, как таракан, плавно неся продолговатое приземистое тело в полторы тонны весом, всё в чешуйках матовой брони. Не было никакой дёрганности — машина переставляла конечности с завораживающей грацией живого существа. Телескопические трубки бесшумно скользили, стволы пушек и цилиндры излучателей выискивали цель. Майк от неожиданности попятился, споткнулся и во весь рост растянулся на полу.
— А, чёрт!
Когда он поднял взгляд, «Ящер», совершенно неподвижный, уже нависал над ним всей громадой и протягивал ему «руку». Майк гулко сглотнул.
Послышался смех.
— Что, перепугался? Ну извини. Давай вставай.
Злясь на себя, Майк встал и отряхнул комбинезон. Протянутую Биллом механическую клешню он проигнорировал. С неудовольствием оглядел себя и поморщился, разглядев на штанине бурое пятно от лужи пролитого масла.
— Шуточки у тебя, боцман… — ругнулся он. — У нас бы за такое, на флоте…
— Ладно, будет тебе гундеть, — беззлобно отозвался тот. Откинул забрало шлема. — Он не заряжен. Видишь?
Уильям вновь поднял руки. Робот вскинул стволы к потолку и сухо защёлкал затворами. Майк вздрогнул.
— Толку… — Он сплюнул. — Хрена ли ему боезапас? Одного веса хватит, чтобы человека раздавить.
— Да за кого ты меня принимаешь? Что я, псих, что ли? — возмутился техник. Поднял руку, покрутил кистью, сжал пальцы в кулак.
«Ящер» послушно повторил все движения, за исключением последнего — пальцев у него было всего три, и кулака не получилось.
— Хороша машина! А?
— Наверное. — Майк против воли тоже бросил заинтересованный взгляд на замершего робота. — Тяжело им управлять?
— Не знаю. — Билл хлопнул себя по плечу, отключая систему, снял шлем и стянул перчатки. Присел на оранжевый куб сварочного трансформатора. — Всё как-то само получается. Уже привык. На, хочешь попробовать?
Майк с сомнением посмотрел на протянутые сим-перчатки, потом на замершего в нелепой позе боевого робота и покачал головой.
— Спасибо, нет — ещё сворочу что-нибудь. Как-нибудь в другой раз. — Он огляделся. — Что ли, всё на сегодня?
— Всё. Этот последний. Повезло: на редкость мирный день вчера был — всего пять машин раздолбали. Сейчас запущу контрольный тест, загоню железку на платформу, а ты пока иди.
Майк покачал головой:
— Ещё чего! Даже не думай: одному работать не положено.
— Да ладно тебе, — фыркнул тот. — Впервой, что ли.
— Всё равно, — заупрямился Майк. — Случись чего, меня же первого обвинят.
— Говоришь, как долбаный военный. Ну, как хочешь.
Уильям сплюнул, натянул обратно перчатки и шлем и принялся гонять отремонтированного «Ящера» по стендовой площадке. Помещение наполнилось лязгом, стуком суставчатых ног, жужжанием моторчиков и клацаньем затворов. Робот бегал, приседал, подпрыгивал, стрейфился[5] и наводил незаряженные пушки на несуществующего противника. Наконец Уильям закончил.
— Годится. — Он стянул шлем и вытер потный лоб. — Только в правой системе вроде как давление падает, проверь.
Майк подошёл, надел очковый терминал, подстроил датчики манометра. Проверил.
— Нет, всё в порядке. Должно быть, это наоборот, в левой — избыточное. Сейчас проверю нагнетатель… Ну, точно, так и есть.
[5] Стрейфиться (от. англ. «to strafe») — бегать боком, приставными шагами.