Брокар невольно почувствовал восхищение. «Кроткая, очаровательная, по-настоящему красивая и добрая».
Он решил, что узнал от Анник все, что ей было тщетно или скорее все, что она пожелала ему рассказать. Были кое-какие неясности, но с этим можно и подождать. При первой же возможности надо бы позвонить комиссару Ришоттани. А сейчас пора и распрощаться, Женщина устала от трагических событий и этого допроса.
Было, однако, ясно: она что-то скрывает или кого-то боится. Пока что необходимо дать ей небольшую передышку.
Но вот вопрос: что поделывает ее обожаемая дочь в Америке, в то время как неостывшее тело отца лежит в парижском морге? Слишком много вопросов, на которые нет ответа. Несомненная реальность — труп в морге, но причины его появления далеко не ясны. Глубоко задумавшись после разговора с Анник, Брокар опомнился только тогда, когда очутился за своим старым письменным столом в одном из кабинетов в Сюртэ. Он попросил соединить его с полицейским управлением в Турине и позвать к телефону комиссара Ришоттани.
— Алло, мосье Ришоттани? Говорит Брокар из Сюртэ. Хотел бы уточнить кое-что по поводу самоубийцы из «Рица», о котором вы уже, наверное, знаете из газет.
— Конечно, знаю. Чем могу быть вам полезен?
— Мой итальянский несколько прихрамывает. Я понимаю многое, почти все, но вот говорить, — и тут он перешел на французский, — это уже потруднее.
— Не беспокойтесь, говорите по-французски, я пойму.
— Спасибо. По словам вдовы, это не самоубийство, а убийство, выдаваемое за самоубийство.
— На чем основаны ее подозрения?
— Прежде всего, на целом ряде обстоятельств, объяснять которые по телефону не стоит. А к тому же у меня создалось впечатление, что вдова говорит неправду, когда утверждает, будто ей совершенно не известны причины вражды между дядей и племянником.
— Похоже, вы, как и я, подозреваете что-то очень серьезное.
— Вот именно. И я думаю, если мы выясним истинные причины этой вражды, нам станут ясны и многие другие вещи.
— Скажу вам в утешение, что я много лет пытаюсь выяснить причину или же причины гибели Диего Рубирозы. После его похищения и смерти мы со стариком Рубирозой стали почти что друзьями, но мне ни разу не удалось вызвать его на откровенность. Я постараюсь увидеться с ним после уик-энда и расспросить у него, что он думает о смерти Франческо. Возможно, после этой смерти старик станет более откровенным. По крайней мере я на это надеюсь.
— Если узнаете что-нибудь новенькое, имейте меня в виду.
— Хорошо, Брокар, но не забудьте позвонить мне, если вскрытие покажет, что Франческо, если верить письму, действительно был болен раком. Я знаю, что вы придерживаетесь версии самоубийства, но как знать…
— Ладно, буду держать вас в курсе. Надеюсь перезвонить вам через несколько дней. Спасибо и до скорого свидания.
— Не за что. До скорой встречи.
А на следующее утро, много раньше, чем он ожидал, ему позвонил Ришоттани. Причина была серьезная. Клубок событий все больше запутывался. К тому же…
Глава 2
Комиссар Ришоттани
Через несколько часов после этого разговора, 20 декабря 1988 года в 2 часа ночи страшный взрыв произошел на вилле, расположенной на виа Понте Изабелла в Сан Вито. Взрыв поднял на ноги всю округу.
Этот фешенебельный район Турина, цель устремлений нуворишей, получил, таким образом, свое «огненное Рождество». Взрыв дал также волнующую тему для разговоров у камина в канун Нового года.
Прибывшие на место происшествия пожарные обнаружили в одной из комнат первого этажа три сильно обгоревших трупа. Ими оказались Самуэль Рубироза, 78 лет, дядя Франческо Рубирозы, Аннализа Рубироза, урожденная Вакка, 45 лет, племянница Самуэля, и ее восемнадцатилетний сын Чезаре Рубироза. Вскрытие показало, что старый Рубироза, которого сначала привязали к креслу, умер от инфаркта. Племянницу и сына убили из пистолета.
У противоположной стены комнаты была найдена большая позолоченная обгоревшая рама. Вероятнее всего холст был вырезан с помощью бритвы.
Брат Аннализы, Алессандро Вакка, живший на первом этаже этой же виллы, по обыкновению уехал с женой и сыном в Геную на уик-энд, чтобы навестить старую мать. На допросе у карабинеров он заявил, что вырезанный из рамы холст — знаменитая картина Рембрандта, которую на Сотби оценивали в сумму около пятидесяти миллиардов лир. Остальные картины из собрания Рубирозы, достаточно известные среди коллекционеров Турина, были полностью уничтожены пожаром, но, как заявил брат Аннализы, а также согласно мнению компетентных специалистов, ни одна из них по своей ценности не шла ни в какое сравнение с Рембрандтом.
Комиссару Ришоттани принесли материалы осмотра места происшествия криминальной полицией. Выстрелы были произведены из пистолета девятого калибра с глушителем, а смерть, судя по всему, наступила 19 декабря, между 16 и 19 часами. Той же ночью последовал взрыв. Персонал и сторожа виллы Аньелли, находящейся в двухстах метрах от места взрыва, единодушно утверждали, что в течение всего дня не слышали никаких выстрелов. А вот ночной взрыв и яростный лай собак разбудили их. Это лаяли сторожевые собаки адвоката. На вилле Аньелли весь персонал был на месте, потому что утром этого же дня адвокат упал в своем кабинете и сломал бедро. Все бросились ему помогать.
Старая гувернантка семейства Рубирозы рассказала, что она, как обычно вышла из дому в пятницу около 17 часов, после того как приготовила холодный ужин, потому что семейство собиралось утром уехать на уик-энд в свой сельский дом на Лигурийском побережье, недалеко от Сарцаны. Когда она шла к автобусной остановке, она обратила внимание на старуху-бродяжку, похоже, пьяную, которая медленно и неуверенно шла вдоль по виа дель Понте Изабелла. Гувернантка добавила, что за много лет работы у семьи Рубироза она никогда не видела, чтобы бродяги шатались по холмам или заходили на улицу Сан Вито.
Туринская газета «Стампа», после подробного рассказа о происшествии на вилле адвоката, опубликовала также и бюллетень о состоянии его здоровья, подписанный лечащими врачами. Подвал на первой полосе был озаглавлен: «ТРИ ТАИНСТВЕННЫХ СМЕРТИ ИЗ-ЗА ИЗВЕСТНОЙ КАРТИНЫ РЕМБРАНДТА». В нем, в частности, сообщалось следующее:
После самоубийства в парижском отеле «Риц» Франческо Рубирозы, одного из известнейших в Европе антикваров, сотрудничавшего с художественными галереями Рима, Парижа, Лондона и Нью-Йорка, еще три последних представителя этого семейства были убиты при загадочных обстоятельствах. Прошлой ночью взрыв огромной силы почти полностью разрушил прекрасную виллу Рубироза, в которой жил самый старый член этого семейства антикваров. Это произошло в нескольких сотнях метров от виллы Ань ел ли. Потушив огонь, пожарные нашли полуобгоревшего Рубирозу привязанным к креслу. Трупы невестки и ее восемнадцатилетнего сына лежали тут же. Они были убиты выстрелами в лоб из пистолета. Знаменитая картина Рембрандта из собрания Рубирозы, которую в Сотби оценили в пятьдесят миллиардов лир, была вырезана из рамы и похищена. Пока что все, кто занимается этим делом, действуют наугад. Что это? Запланированное убийство? Месть, замаскированная под кражу, или — то и другое одновременно? До сих пор нет никаких улик, хотя комиссар Армандо Ришоттани, ведущий расследование, не исключает french connection[4] в деле о самоубийстве одного из главных представителей семейства Рубироза, Франческо Рубирозы, произошедшего накануне вечером в отеле «Риц». Похоже, рок жестоко преследует всех членов семейства антикваров. Три младших брата старого антиквара умерли при таинственных обстоятельствах в течение нескольких лет, а их прямые потомки кончили жизнь самоубийством или были убиты после похищения, как это случилось с Диего Рубирозой, племянником антиквара и мужем Аннализы Вакка, которую прошлой ночью застрелили вместе с сыном. В связи с этим существует масса предположений, а комиссар Армандо Ришоттани, бывший другом Самуэля, не исключает неожиданных скандальных разоблачений и громкого процесса.
Миланская газета «Ла Нотте» поместила заметку:
[4] Французской связи, зацепки (англ.).