— Постороннему — нет. Тебе, думаю, да.
— Хорошо, тогда спрошу по-другому — с чего вы взяли, что мне это интересно?
Тихая блюзовая мелодия, звучавшая из задекорированных динамиков, сменилась резким фортепианным стаккато. Создавалось впечатление, что неведомый дирижер подбирал индивидуальную музыку для разных оттенков их беседы.
— Потому что со стороны, как правило, виднее.
Ева хотела продолжить занимательный разговор, но завибрировавший телефон поведал, что с ней просто жаждет пообщаться Агнесса. Хотя это было и не совсем вежливо — отвлекаться на звонки во время такой приватной беседы, но девушка знала, что по пустякам Ирмская её дергать не станет.
— Прошу прощения, — она слабо улыбнулась в сторону Ярослава и ответила на вызов. — У тебя что-то срочное? Я немного занята.
— Срочное, — Неша была мрачна, что само по себе уже было плохим признаком. — Ты сильно обидишься, если я твоего любовника немного морально попрессую?
— Эээээ… Даже не знаю, что сказать, — Ева поднялась и прошла к окну, не желая посвящать мужчину в такую интимную беседу. — Уточнять, которого, смысла нет, не так ли?
— Угу, — было слышно, как Агнеша шуршит чем-то на заднем плане.
— Учитывая, что он меня сегодня выбесил, я не особо против, но все-таки… За что?
— За пристальный интерес. Сомневаюсь, что он имеет какие-то претензии лично ко мне, значит, возбудился от нашей дружбы.
— У тебя проблемы? — Ева обернулась, чтобы видеть Ярослава. Мужчина тоже закопался в мобильнике. Не иначе как отчитываясь о проделанной работе.
— Скажем так, его любознательность привлекла внимание одной замечательной организации, которая ко мне очень уж неровно дышит…
— Черт! Госнаркоконтроль?
— Да. На днях будут в очередной раз шмонать центр, — Нешка устало вздохнула. — И ведь не надоедает им…
— Почему они так заволновались? На тебя же ничего нет, и последний год они уже и не трогали…
— Потому что кое-кто порылся в делах моего покойного супруга.
Еве очень хотелось добавить: «Чтоб ему на том свете икалось», но из уважения к подруге промолчала.
— И теперь мои уже почти родственники контролеры решили проверить, что именно так привлекло внимание уважаемого господина Романовского, что тот не поленился отправить сюда своего зама и компаньона.
— А зовут этого замечательного человека как? — теперь девушка полностью повернулась к Ярославу, даже не пытаясь как-то замаскировать немного агрессивное внимание.
— Сейчас, — Нешка на некоторое время пропала. — Невзоров Ярослав Андреевич.
— Вот оно как… Хочешь с ним лично пообщаться? Просто мы сейчас в теплой и почти дружественной атмосфере вкушаем кофий под звуки, — Ева на секунду замолчала, прислушиваясь, — «Полонеза» Огинского. Знаешь кафе «Малена» на Театральной?
— Ну, как тут отказаться, когда вы слушаете бессмертное произведение моего соотечественника? — обычно спокойная и отстраненная Агнесса пребывала в дурном настроении. — Задержитесь минут на пятнадцать.
— Обязательно, — пообещала Ева, уже предвкушая редкое зрелище — моральное избиение талантливым мозгоправом заблудшего товарища. Ей на какое-то мгновение даже стало жалко Ярослава, но девушка подавила в себе это чувство. Из-за их с Денисом любознательности пострадал её друг. Если бы это касалось только Агнессы, она бы не вмешивалась, Ирмская сама умеет адекватно отвечать на гадости. Но попытка покопаться в её, Евином, прошлом привела к тому, что под угрозой снова оказалась работа, которой Неша посвятила несколько лет жизни. И, что бы о ней ни думали и не говорили, но она приносила намного больше пользы, чем большинство государственных социальных проектов вместе взятых.
— Ты идиот по жизни, или при мысли, что можешь отомстить Еве, от счастья мозги отшибло?! — Виктор раздраженно уставился на сидящего перед ним друга. Хотя, какие они друзья? Скорее, приятели, кое-чем друг другу обязанные.
— Чего ты так психуешь? — Агеев спокойно прикурил, откидываясь на подголовник кресла. — Ну, зашел проведать бывшую жену. Вполне нормально, учитывая, сколько мы не виделись, — он пожал плечами, не понимая, что так разозлило Витюшу. На ход того, что они задумали, эта встреча не особо влияла.
— Она явно что-то заподозрила.
— Ну, и на здоровье, пусть развлечется, пока отпуск. — Виктор закатил глаза, сетуя на бестолковость собеседника. Почему-то Агеев считал, что Ева за прошедшее время совсем не изменилась. Ага, а то как же! Но и ругаться с ним тоже было не с руки, так что придется немного потерпеть. — Я одного не пойму — зачем это тебе? Ладно, я, есть, за что её не любить, но тебе она что сделала? Помнится, все время, что она на тебя работает, запрещал её трогать. Что поменялось?
— Она пригрозила слить важное для меня дело. Хочу подстраховаться.
— А если сделает, как надо?