— Денис Константинович, что с ним делать-то?
Невысокий крепыш стоял на пороге, ожидая ответа.
Что делать? Романовский задумался. Как ни хотелось ему просто свернуть шею недоумку, но тогда тот слишком быстро отмучается. А в планы Дениса это не входило. Кроме того, не он один такой догадливый, найдется тот, кто сможет связать эту смерть с Евой. Бросать на неё такую тень он категорически не хотел.
— Ждите здесь.
Мужчина быстро поднялся по ступенькам и кивнул присматривающим за жертвой охранникам, чтобы те вышли из комнаты. Оставшись один на один, он обошел стол, остановившись напротив того, кто все это затеял.
— Давайте поговорим, как деловые люди, — если бы не капля пота, ползущая по его виску, Виктор выглядел уверенным в себе и почти расслабленным.
— Согласен, — Романовский не стал садиться, вынуждая смотреть на себя внизу вверх.
— Что вам от меня нужно?
— Вопрос поставлен неправильно. У тебя нет ничего, что могло бы меня заинтересовать.
— Тогда зачем вы меня сюда привезли? Если это «наезд», то я могу дать координаты того, с кем вам нужно поговорить.
— И снова ошибаешься. «Шефство» над тобой мне нафиг не нужно, — Денис снял пиджак, разминая мышцы плеч. Виктор, заметив такое явно угрожающее движение, попытался соображать быстрее. Единственный грех, который пришел на ум, был связан с разводом племянницы.
— Я хотел бы поговорить с вашим нанимателем.
— Вынужден огорчить, но я сам от себя. Ещё предположения есть? Нет? Тогда подскажу. Мне плевать на тебя и то, чем ты занимаешься. Зависть заела, что женщина умнее и талантливее тебя?
Чтобы сообразить, за что именно этот мужик на него разозлился, ушла пара секунд.
— Подождите… Так вы от этой стервы, Агеевой?!
Мгновенный, почти незаметный, но сильный удар, и Виктор, застонав, схватился за сломанный нос, пытаясь остановить побежавшую по подбородку кровь.
— Ты бы думал, перед тем, как что-нибудь сказать в адрес моей женщины, — почти ласково посоветовал Романовский, небрежным жестом бросив на стол носовой платок.
Пострадавший этот жест доброй воли проигнорировал, не решаясь отнять ладони от лица.
— Вы мне нос сломали! — немного невнятно возмутился Виктор.
— И, поверь, это только начало. Но, если ты не будешь играть в Зою Космодемьянскую, и честно все расскажешь, процесс существенно ускориться, и я не успею переломать тебе все, что собирался. Итак?
— Что вы хотите узнать?
— Молодец, быстро соображаешь. Идея с подставой была твоей? — Денис отвернулся и зашуршал чем-то, лежащим на полке.
— Нет. Её бывший муж уже давно хотел отомстить.
— И что, столько лет ждал, а тут чувство собственного достоинства проснулось? Ведь, насколько слышал, она Агеева с дерьмом смешала.
Виктор подумал было утаить некоторые детали, но тут вмешался инстинкт самосохранения. Каким бы спокойным ни выглядел его собеседник, но по взгляду было заметно, что он с удовольствием продолжить развлекаться, играя в гестапо.
— Раньше, пока действовала по правилам, я не давал её трогать. А теперь она начала их нарушать.
— И ты решил, что уголовное дело за хранение ствола поможет поставить её на место? Ведь понимаешь же, что она бы выкрутилась и все равно не села бы. Или с оружием связана какая-то нехорошая история?
— Да не знаю я! — мужчина дернулся, когда Денис подошел ближе, но Романовский успел перехватить его одной рукой за шею, а второй сильно нажал куда-то на переносицу. — За что?! — заорал Виктор от нового приступа боли.
— Я тебе нос на место поставил, а то так и останется кривым, женщины любить не будут, — он спокойно вытер кровь, ярко выделявшуюся на фоне черной кожи перчаток о невостребованный платок. — Откуда вообще пистолет?
— Он у Агеева хранился, — зачастил Витя в полном объеме оценив глубину выгребной ямы, в которую вляпался из-за собственной жадности. — Они ещё женаты не были, когда Димка учил её стрелять. С тех пор ствол и остался, у него в сейфе лежал.