– Я стучал.
Она смотрела на него, моргая большими янтарными глазами.
– Мог бы подождать, пока я открою.
Он направился к ней и сразу же уловил свежий аромат шампуня и малиновый запах мыла.
– Я ждал пять минут. Сколько можно?
Он оглядел ее махровый халат – тот же самый, который был на ней в ту первую ночь. Боже, неужели это было только месяц назад? Он прожил целую жизнь за это время. Он отпустил свое прошлое, отринул свое одиночество и влюбился. В Клэр, прекрасную, роковую Клэр. Он не может отпустить ее. Он должен был понять это еще в первую ночь, когда не смог спустить курок пистолета.
Она стащила полотенце с головы.
– Что ты здесь делаешь?
Он уставился в ее лицо, подавляя желание сорвать халат и сделать то, что жаждало его тело. Но они должны сначала поговорить. А потом они могут заняться более приятными вещами, вместе, на всю их жизнь.
– Ты же не думаешь, что мы уже закончили? – и на ее непонимающий взгляд продолжил: – Ты не попрощалась, не оставила записки, не позвонила. Ничего. Я проснулся, а тебя нет.
Он ненавидел эти обижено-обвиняющие нотки в его голосе, выдававшие его уязвимость.
Она отвернулась и уселась на кушетку, тщательно натянув халат на колени, и спросила, внимательно смотря на него:
– Почему ты пришел, Гидеон? Потому что я не попрощалась?
– Клэр, я… – он сглотнул и начал заново. – Я…
Она сделала ему знак замолчать.
– Не надо. Ничего не надо говорить. Я не должна была уходить таким образом. Это было неправильно, трусливо, – она глубоко вздохнула. – По правде говоря, я собиралась к тебе.
– Ко мне?
Она встала и сделала несколько шагов по гостиной, сжимая пальцы.
– Извиниться, – пояснила она. Ее янтарный взгляд проник в него, заставляя внутренности сжаться, и сердце кровоточить. – Ты так много для меня сделал, ты не заслужил такого обращения с моей стороны.
Черт. Опять благодарности. Гидеон чувствовал себя больным от этой проклятой благодарности. В ее устах это звучало так, словно он оказал ей какую-нибудь услугу. Между тем все, что он сделал, он сделал потому…, потому, что любит ее.
– Нет, – произнес Гидеон решительным голосом. Двумя длинными шагами он преодолел расстояние, разделяющее их, схватил ее за плечи и потряс.
– Оставь свою чертову благодарность при себе, – он прижался лбом к ее лбу и глубоко вдохнул ее запах. – Я знаю тебя, Клэр Морган.
Она моргнула, но не произнесла ни слова. Он снова легонько тряхнул ее, желая, чтобы она заговорила.
– И ты не сможешь избавиться от меня.
Он жестко впился в ее губы, словно поцелуем мог заставить ее подчиниться, заставить полюбить его. Он оторвался от нее и снова заговорил.
– Я знаю тебя, – он вдохнул ее аромат и продолжил. – И я не могу без тебя, я буду любить тебя всю свою жизнь.
Он ждал ее ответа, но она молчала, уставившись на него теплыми янтарными глазами, такими отличными от прежних, холодных и серебристых.
Цвет глаз изменился, но сама она осталась прежней.
– Ну, – она помолчала, облизнув губы, и тихо продолжила. – Если ты знаешь меня, ты знаешь мой ответ.
Он нахмурился. Неопределенность грызла его, но он все равно сказал, рискуя нарваться на ее отрицание.