– Здесь написано, что вы заказали телятину.
– Я знаю, что здесь написано, – процедила она, – но я знаю, что я заказывала. Зити и салат «Цезарь».
Он перевел взгляд с рецепта на нее и, выставив перед собой пакет с едой, спросил с сильным итальянским акцентом:
– Вы говорите, что не возьмете это?
– Я заказывала запеченные макароны, – ответила Клэр, отчетливо произнося каждое слово в надежде довести свою мысль до разносчика.
Он нахмурился и проворчал:
– Куда же я дену телятину?
– Я не знаю, – огрызнулась она. – Можете протереть ею свой автомобиль. Я знаю, что я заказала зити, и я заплачу только за зити и буду есть только зити.
Она указала на пакет.
– Но только не это.
Наверное, было глупо настаивать на своем в этом вопросе, но на сегодня ей было достаточно разочарований. Женщина с разбитым сердцем имеет право съесть пищу по своему выбору. И если Клэр не может настоять на своем в такой мелочи, то она в действительности – все та же робкая мышка Клэр.
– Я больше не вернусь сюда, – предупредил он, размахивая пакетом перед ней. – Вам лучше взять телятину, леди, иначе…
– Нет, – произнесла Клэр сквозь зубы, – я не возьму ее.
И с этими словами она захлопнула дверь перед его носом.
Она постояла некоторое время, прислонившись спиной к двери, дыша необычно часто и понимая, что то, что сейчас произошло, было больше, чем просто конфликт из-за неправильно исполненного заказа. Уставившись на свои трясущиеся руки, она почувствовала, как улыбка растянула ее губы. Внезапно к ней пришла уверенность.
Все хорошо. Она сильная, она не мышка. Но также и не зверь.
Первый раз в своей жизни она была тем, кем должна быть.
Собой. Личностью, которой она могла быть, прежде чем позволила страху управлять ею. Может быть, обращение в ликана даже на короткое время было для нее благословением. Она получила себя. Она получила Гидеона.
Это настоящая Клэр выстрелила в Сирила, настоящая Клэр преодолела в себе зверя, его жажду плоти и крови. Ликан пытался установить власть над ней, но она победила.
И она была женщиной, которая нужна Гидеону и которую он любил. По крайней мере, пока она трусливо не улизнула от него среди ночи.
Оттолкнувшись от двери, она направилась в душ.
Она только что поняла, что она не трус.
Время доказать это делом.
– Клэр! – Гидеон колотил в двери ее квартиры так, что заболели суставы.
Сосед из квартиры напротив приоткрыл дверь и уставился на него.
– Что? – рявкнул Гидеон с такой свирепостью, что сосед нырнул назад в квартиру.
– Ты не можешь избегать меня вечно, – позвал он через дверь, упершись обеими руками по ее сторонам. – Открой эту чертову дверь.
Раздраженно рыкнув, он обошел дом и снова проник в ее квартиру через стеклянные раздвижные двери. Вид Клэр с полотенцем на голове, выходящей из спальни, приветствовал его.
Заметив его в то время как он закрывал дверь, она подпрыгнула от удивления.
– Гидеон! Меня чуть удар не хватил. Не мог постучаться, как нормальный человек?