— Не хочешь подойти поближе и рассказать, что тебе приснилось? — спрашиваю я, указывая на скамью позади себя.
Он подходит, и мы садимся рядом. Его ноги не достают до земли и между нами около фута. Он смотрит на меня, и я ободряюще приподнимаю брови.
Он сутулится.
— Я видел дракона.
— Кого? — удивленно восклицаю я.
Он смотрит на меня с любопытством, несколько удивленно.
— А разве тебе никогда не снятся драконы?
Я отрицательно качаю головой.
— Никогда, — улыбаюсь я. — Наверное, это очень захватывающе видеть дракона во сне?
Он начинает махать ногами назад-вперед.
— Иногда. Но мне больше всего нравится летать на них.
Совершенно очарованно, я поворачиваюсь в его сторону.
— И что ты делал с ними на этот раз?
— Я боролся со злым, огнедышащем драконом. Я победил, но мой конь погиб в огне. — Его голос звучит печально.
— О, мой Бог. Это ужасно, — говорю я, пребывая в шоке от его кошмара.
— Почему ты не в постели, Сораб? — вдруг грохочет мужской голос.
Я чуть ли не выпрыгиваю из кожи. Резко развернувшись вокруг и вижу высокого, широкоплечего мужчину, стоящего в дверях. У меня перехватывает дыхание. Он, без сомнения, самый красивый мужчина, которого я видела в своей жизни. Даже в журналах я не видела такого лица, как у него.
Густые, цвета угля, волосы спадают на лоб. Брови прямые, в разлет, скулы и подбородок, словно выточены из слоновой кости. Он одет в черную рубашку, с засученными рукавами, а не в костюм, как все мужчины на вечеринке. И видны татуировки, обвивающие его руки. Сразу видно, что он не такой как все, он отличается от всех людей, пришедших сюда.
Как и мне ему здесь не место.
У меня все еще бешено колотится сердце в груди от испуга, и все мое тело зовет меня убежать к сестре, но присутствует и что-то другое, что-то, чего раньше я никогда не чувствовала, словно через меня проросли корни, удерживающие на месте. Неподвижно, окаменев, будто статуя, я пялюсь на него, открыв рот.
5.
София
— Дядя Джек, — кричит с радостью мальчик, соскакивая со скамейки и несясь со всех ног к нему.
Мужчина усмехается и с легкостью поднимает его на руки, кружа. Меня переполняет странное чувство потери. Я — посторонняя в этой радости. Я всегда аутсайдер.
Я нервно встаю. И мне хотелось бы, чтобы они не загораживали дверной проем, и я могла бы незамеченной выскользнуть и вернуться в свое безопасное место, между Леной и елкой. Я даже подумываю направится к выходу с противоположной стороны, откуда пришел мальчик, но мне приходится отбросить эту идею, я понятия не имею, как оттуда смогу вернуться в главную гостиную.
— Мне нужно вернуться на вечеринку, — пищу я.
Мужчина опускает мальчика на землю и оглядывает меня. У него такие голубые глаза, горящие на его лице, словно пламя от горелки. У меня учащается пульс.
— Куда спешить, София? — спрашивает он.
Я цепенею от ужаса, уставившись на него, в изумлении и шоке.
О Боже! Нет. Он меня знает.