Шурка-Лапоть всю вину на Азича свалил.
— Он виноват. Он сбил. Он все разболтал. А теперь и в ус не дует. Присвоили. Чертежи делают. Весь секрет узнали. Погоди, чорт, я дойму его.
И начал. Вот один раз также в ночную смену Азич вдруг куда-то смылся. Уж его искали, искали — нет нигде. Шурка случайно спросил у подростка в инструментальной:
— Петька, Азича не видел?..
— Видел.
— Где он?
— На полатях спит у нас в инструментальной.
— Ага! Ладно!
Пошел в депо к Ванюшке, а тот возится у дышел, усталый, позевывает.
— Вань, спать хочешь?
— Смертельно.
— Пойдем.
— Куда?
— Спать.
— Ну, как можно, а работа?
— Идем, знай. Забирай инструмент.
Вот залезли они на полати. Чиркнули спичку, смотрят — Азич сладко спит, всхрапывает во все носовые завертки. А на полатях мягко, там войлоки хранились.
— Ложись, Ванька, по ту сторону, а я на эту.
Легли. Азич у них в середине. И той же минутой уснули. Потом Шурка случайно проснулся. Слышит — стук. А это в инструменталку летят кувалды, буксовые ломы.
«Значит, смена кончается»,— думает.
Азич проснулся, вскочил, впотьмах не увидел ребят и слез с полатей. Шурка полежал немного, опять задремал, потом слышит сквозь сон, гудок первый на денную смену гудит. Значит, тоже пора вставать. Разбудил Ванюшку.
Зашли в конторку, а там уже все собрались, отмечаются, работу Азичу сдают. А он строгий. Допрашивает.
— Это сделали? Это?.. Ну, а вы как кончили? — спросил он Шурку с Ванюшкой.
— Нет, говорят,— не поспели.
— Как это так? Машинки всякие поспеваете делать воровски, а казенной работы не поспеваете делать? Ну, вот я вам и отмечу, сколько вы сделали.
— Спать захотелось, Филимон Азич! Соснули малость...
— Как это так? Спать! Вы что сюда спать ходите?!
— А так же, как ты, Филимон Азич,— говорит Шурка-Пузырь.
Тон у него ласковый такой, а улыбочка ядовитая. Просто издевается над бригадиром.
— Как это так?! — кричит Азич.