К счастью, Линья взяла дело в свои руки и ласково спросила:
— Вы желаете сделать мне предложение?
— О, да, да! — страстно воскликнул Хнор.
— Разве можно отказать молодому человеку с таким блестящим будущим?
— Так вы согласны? — пролепетал Хнор.
— А вы не забыли об одной мелочи?
— Какой же?
— Испытание. Прежде чем я смогу назвать себя вашей избранницей, вы должны пройти испытание, соответствующее вашим немалым способностям.
— Вы правы, — пылко воскликнул Хнор. — Предлагайте любое! Я пройду испытание, которое не посрамит дом моей избранницы.
— Тогда оставляю вам право выбора, — сказала Линья.
— Я займусь этим немедленно, — заявил Хнор.
Главный координатор-исследователь раздвоился. Причем тотчас после этого правый из двух координаторов искоса взглянул на левого и скорчил ему зверскую рожу. Левый игнорировал этот выпад. Он все так же смотрел на капитана корабля, и в глазах его читалась некоторая тревога, словно у врача, заглянувшего к старому приятелю и вдруг обнаружившего у него признаки неизлечимой болезни.
Теперь уже совершенно наплевать на то, что о нем эти координаторы подумают, решил капитан. Закрыв глаза, он стал осторожно массировать виски и делал это до тех пор, пока поплывшие перед глазами фиолетовые и желтые круги не истаяли, уступая место правильной и от этого такой успокаивающей темноте.
Наконец капитан открыл глаза и увидел, что перед ним вновь сидит только один координатор.
Вот так. Всего лишь иллюзия, последствия единения с кораблем во время перелета. Плохо, что они ощущаются все сильнее, и все труднее после них возвращаться к нормальному мировосприятию.
Поморщившись, он мрачно сказал:
— Ну хорошо, вот тебе планета. Средних размеров, кислородная, достаточно удаленная от звезды, чтобы не поджариться, но и не настолько, чтобы замерзнуть. Называется Драгоценность.
Главный координатор-исследователь наконец-то опустил глаза вниз, на крышку стола, слегка побарабанил по ней пальцами и осторожно спросил:
— Значит, ты самоустраняешься?
Капитан усмехнулся.
— Разве это возможно? В отставку я не подавал и по-прежнему командую кораблем. Мне — корабль, тебе — исследования. У тебя есть полная свобода действий, конечно, если они не будут угрожать безопасности экипажа. В этом случае мне придется вмешаться. Но только в этом случае, не ранее.
— Ни шага в сторону… понятно… Ты не веришь в успех наших поисков?
Вот этот вопрос капитану не понравился:
— Это не имеет отношения к делу.
Немного помолчав, координатор-исследователь сказал:
— И несмотря на это, согласие на исследование планеты ты все-таки даешь?
— Да.
— Обычная процедура?
— Все, как положено. По уставу.
Пространство походило на шкуру черной пантеры, а звезды — на дырки, оставленные в ней картечью браконьеров. Рыбки-пустынницы, резвившиеся на фоне ближайшей туманности, казались ожившими акварельными рисунками.