Зверь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Виктор Дельо сразу вернулся домой, где Даниель с нетерпением ждала его, чтобы передать письмо. По штемпелю было видно, что оно из Санака. Пробежав его глазами, адвокат заявил:

—        Я уезжаю. Времени в обрез, чтобы успеть на дневной экспресс, который прибывает в Лимож в семь вечера... Там мне надо кое-кого увидеть. Затем, я наде­юсь, с утренней почтой будет еще корреспонденция — перед восходом солнца... Если оно взойдет! И даже ес­ли бы оно не взошло, в этом темном деле я все равно пойду до конца. Разумеется, пока я не вернусь, вы бу­дете дежурить здесь.

—     Когда вы вернетесь, мэтр?

—       Не знаю. Посчитаем: из пяти человек, которым мы писали, я виделся пока с одним — с матерью. Се­годня вечером в Лиможе встречусь еще с одним — с доктором. Завтра еще с двумя. Остается последняя встреча — с женой. Это будет самое трудное. Получит ли она мое письмо? А если получит, то ответит ли? За­гадка! Несмотря ни на что, я сильно на это надеюсь. Немного здравого смысла — и самые запутанные дела проясняются. Жаль, что у вас уже много сделано по диссертации, а то я предложил бы вам отличную тему: «Может ли защитник морально оправдать убийство?» Подумайте над этим во всяком случае. И если вам это улыбается, можно все начать сначала. Вы не будете исключением: у меня такое ощущение, что я в свои шестьдесят восемь лет заново начинаю карьеру. До свидания, внучка.

Его не было четыре дня. Даниель была сильно обес­покоена, когда раздался характерный звонок. Было де­сять часов вечера.

—    Наконец, мэтр! Прибыли!

—      Добрый вечер, внучка. Не осталось ли чего-ни­будь поесть? Проголодался как волк. Желудок уже не может приспособиться к сомнительной роскоши вагонно-ресторанной пищи.

—    Все есть, мэтр. Вы, наверно, устали?

—     Меньше, чем можно подумать. Давайте поболта­ем с вами, пока я ем, а потом вы отправитесь домой.

Он занялся едой. Девушка не осмелилась его отвле­кать. Он заговорил первым, разрезая грушу:

—      Вижу, что вы умираете от любопытства. Хотите знать, чем я занимался. И поскольку вы меня ни о чем не спрашиваете, я вам сейчас расскажу. Я был свиде­телем некоторых экспериментов.

—    Экспериментов?

—       Над человеческими существами, рожденными с отсутствием зрения, слуха, речи.

—    И они живут?

—    Лучше, чем вы предполагаете.

Он продолжал отрезать кусочки от груши, наблю­дая за молодой помощницей, которая казалась ему оза­боченной.

—      Что с вами? — спросил он. — Вас что-то бес­покоит?

—     Я даже не хотела говорить вам об этом, мэтр, по­тому что вы слишком сейчас заняты. Но дело в том, что во время вашего отсутствия каждый вечер в одинна­дцать часов были странные звонки. Женский голос, один и тот же, спрашивал вас. Когда я говорила, что вас нет, сразу же вешали трубку.

—    Это все?

—    Да, мэтр.

—      Мало! Если бы у меня была сумасшедшая лю­бовница, я мог бы думать, что это она, но у меня ее нет. Теперь, внучка, возвращайтесь к себе. На завтра я отпускаю вас. Зайдите на всякий случай послезавтра. Спокойной ночи.

Оставшись один, Дельо облачился в халат и на этот раз устроился не в кресле, а за столом — стал просмат­ривать пачку брошюр с грифом на обложке: «Регио­нальный институт слепоглухонемых, Санак»., которые он привез из поездки. Телефонный звонок оторвал его от чтения.

—      Алло? Да, я у телефона, мадам. С кем имею честь? А, прекрасно! Мое письмо нашло вас? Это до­казывает, что не так уж невозможно вас разыскать, как утверждали мои предшественники. Я очень хотел бы встретиться с вами, мадам Вотье. Вы одна можете пролить свет на это тяжкое дело. Умоляю, мадам! Речь идет о вашем муже, о человеке, имя которого вы но­сите. Вы сами должны быть в этом заинтересованы. Причины вашего исчезновения и молчания истолковы­ваются дурно. Я знаю: во всей этой драме вы ни при чем. Поэтому мне нужна ваша помощь. Это придало бы еще большую цену вашим свидетельским показани­ям. Я к вашим услугам. В день и час, которые вы захо­тите назначить. Вы не хотели бы прийти ко мне? Очень хорошо понимаю. Может быть, вы хотите, чтобы я при­шел к вам? Тоже нет? Вы предпочитаете сохранить инкогнито? Тоже допускаю. Где же мы тогда увидимся? В саду Багатель? Прекрасное место, скорее предназна­ченное для влюбленных. Хорошая мысль: в это время года там мало народу. Обещаю вам, что буду один, — профессиональная тайна. Завтра утром? Можете в де­сять часов? В аллее розария? На вас будет темно-синий костюм с серым шарфом? Меня вы легко узнаете: я стар и очень близорук, всегда в черном! Мое почтение, мадам.

Виктор Дельо снова погрузился в чтение. Лицо его не выражало ни малейшего чувства удовлетворения.

Он пришел на свидание в точно назначенное время. Женщина в темно-синем костюме с серым шарфом уже прогуливалась в аллее розария. В этот утренний час сад Багатель был пустынным. Адвокат, направля­ясь к незнакомке, поправил пенсне: ему хотелось по­лучить о ней общее цельное впечатление. Оно оказалось в точности таким, какого он ожидал. Соланж Вотье яв­ляла собой поразительный контраст своему мужу: блондинка, в то время как он был брюнетом, стройная, почти болезненная по виду, но идеально красивая. Лег­кое, воздушное существо, словно порожденное мечта­тельным воображением или явившееся из романтиче­ской легенды с берегов Рейна. Она была небольшого роста, но так же пропорционально сложена, как ее муж. Словом, это было совершенно восхитительное создание.

—      Извините, мадам, что заставил вас ждать,— ска­зал адвокат, снимая шляпу.

—      Это не имеет никакого значения, — ответила мо­лодая женщина со странной грустной улыбкой, которая поразила ее собеседника.— Я вас слушаю.

—      Постараюсь быть кратким, мадам. В двух сло­вах— вы мне нужны! И когда я говорю «мне», можете считать, что «нам» — вашему мужу и мне.

—      Вы в этом уверены, мэтр? — ответила она с со­мнением.— После преступления Жак сделал все, чтобы избежать встречи со мной. Я старалась увидеться с ним в тюрьме, но он всегда отказывался. Кажется, он созна­тельно избегает меня. Почему?

—      Пока я еще не могу ничего объяснить, мадам. Я пытаюсь разобраться, сомневаюсь... Единственное, что я точно знаю, потому что чувствую это,— вы можете, вы должны мне помочь!