Болевой прием: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Потому и наспех, Багдад, — большие дяди дают нам деньги, но хотят результат немедленно. Думаешь, просто так вчера полдня по всем каналам верещали про открытие парка? Рабочее поле для нас готово, начинаем. Или ты снова хочешь лабораторных мышей по клеткам распихивать?

Моисей наверняка не потратил столько усилий, чтобы убедить евреев двинуть через безводную пустыню, сколько я уговаривал Олеську на променад в парк. Мышка успела немного поспать, повопить, добраться до мамкиной груди и теперь приветливо гугукала, удовлетворённая, что видит нас обоих. Чтобы не испугать малую, мы старались не повышать голос, но попробуйте уговорить женщину шёпотом! Впрочем, дочка мне как раз и помогла: после кормления Олеся немного оттаяла, да и коляску я обещал везти сам. Для усиления эффекта я вспомнил студенческое прозвище жены, когда она покрасила хной кончики волос. Лисичка моя. И куда ей деваться, скажите на милость, если атака ведётся по всем правилам?

До Парка Славы от нашего дома всего пара кварталов, но после всех перекрытий центра пришлось топать в обход. Дорого встали городу горящие покрышки «народного гнева», на покраску закопчённых стен, ремонт магазинов и замену остановок уйдёт не один годовой бюджет. Пока же чёрные фасады стыдливо прятались за фальшивыми ширмами весёленького розового цвета. Нарисованные окна слепо и ненатурально пялились с брезентовой ткани, и казалось, что вместо дома стоит накрашенный в морге мертвец.

Тьфу, что за глупости лезут в башку утром в выходной! Если не соврал прогноз, то денёк обещал много солнца. Коляска весело пощёлкивала погремушками на спицах, Мышка пускала пузыри — и даже Олеся вроде забыла о том, что должна быть всем недовольна. То и дело теребила меня с очередным вопросом, напевала что-то под нос и даже иногда пританцовывала, будто школьница на выпускном вечере. Красивая у меня жена, ребята.

— Слу-у-шай, а ведь правда — смотри, как здорово!

По сравнению с той загаженной помойкой, в которую превратили дорожки и газоны протестующие, Парк Славы и в самом деле выглядел нарядным. С перебором, не без того — как первоклассник на Уроке Независимости: отмытый до блеска, причёсанный, прилизанный, едва только не накрашенный маминой помадой. Не человек — образ, витрина семейной гордости и негласного соревнования с другими родителями.

Дёрн положили новый, и под осень он даже переигрывал с изумрудной зеленью травы. А в клумбах плескалось целое море цветов, и — слава богу — без оглядки на колер национального флага. Просто красивые бутоны самых разных оттенков, так что вазы вдоль аллей больше напоминали палитру сумасшедшего художника, решившего разом смешать все краски.

Народ, конечно, подтянулся после вчерашнего репортажа. Не одни мы решились выбраться из безопасного квартирного заключения — в парке было на удивление многолюдно. Вездесущие велосипедисты и роллеры выписывали традиционные кренделя, скейты грохотали по бордюрам, жертвуя подшипниками ради красивого трюка. На лавочках щурились пенсионеры. А заметив очередного мускулистого бегуна, что рассекал обнажённым торсом плотный воздух, Олеська ехидно напомнила:

— Ты вроде хотел в зал записаться? Ну и когда?

Ох уж эти кубики на прессе! Женские журналы наконец убедили читательниц в бодипозитиве и переключились на сильную половину. Как сделать из вашего спутника настоящего ламберсекусала, да. Мачо — перегар, табак, щетина? Нет, не слышали. Теперь только барбершоп, фитнес, веганская еда и мужская косметика.

На внешнем мониторе показалась ажурная арка — символ городского парка, но фургон не остановился у главного входа, свернул в боковой проулок и покатился вдоль недавно покрашенной ограды. Окошко в перегородке открылось, охранник рядом с водителем коротко бросил в салон:

— Машина на месте.

— Есть добро на запуск? — спросил Богдан.

— Пока нет. Ждём докладов наблюдателей.

Марк покосился в сторону напарника, пожал плечами и включил звук общего канала.

— …Я четвёртый, занял позицию на парковке…

— …Внимание, седьмой! Смените дислокацию!

— …Седьмой принял.

— …Я второй, двигаюсь вдоль центральной аллеи…

Последний голос прозвучал немного сдавленно, словно «второй» слегка запыхался. Похоже, агенту пришлось изображать бегуна. Ну да, глядя на их могучие фигуры, мало кто поверит, что эти здоровяки зашли в парк покушать бесплатного мороженого и полюбоваться на фонтаны.

— Внимание, общий. Всем приготовиться! Получен сигнал «осенняя гроза». Повторяю: получен сигнал «осенняя гроза».

Богдан сжался, будто в ожидании удара. Затравленно посмотрел на Марка и несмело улыбнулся. В окошке снова показался охранник.

— Добро получено. Начинаем.

Мороженое и в самом деле раздавали бесплатно. Обычный пломбир в цветастых стаканчиках и фруктовый лёд в прозрачной упаковке. Самое эротичное изделие, на мой взгляд: нельзя спокойно смотреть, как его облизывает девушка. Особенно если она твоя жена, а вчера ты так ушатался на работе, что не было сил даже обнять.

Олеська щёлкнула меня по носу:

— Прекрати так смотреть, а то я покраснею!

Ну конечно, а для чего же тогда я принёс ей именно апельсиновый айспоп? Мышка тянула ручки к моему пломбиру, я дал ей лизнуть разочек, и малая, разумеется, вся перемазалась. Белые капли на носу смотрелись особенно смешно, но маме почему-то не понравилось.

— Ну что ты устроил, на кого она похожа теперь! Тебя, конечно, не волнует, что я её полчаса умывала перед прогулкой!

Нет, она точно ежа проглотила. Мышка всегда испачкается, сколько её ни умывай, и что теперь: совсем ребёнка не кормить? Сейчас ещё и про диатез вспомнит.

— Хочешь, чтобы у неё опять диатез вылез? Кто его знает, что они кладут в это мороженое!