Я обвиняю!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Опасаясь мести народа, когда части Советской Армии приближались ко Львову, Денис Лукашевич вместе со всей семьёй бежит в сторону венгерской границы, в село Побук, к своему родичу священнику Ярославу Левицкому, у которого впоследствии нашли свой первый приют убийцы Ярослава Галана. Цель бегства — стремление перейти под крылышко адмирала Хорти. Но быстрое продвижение Советской Армии помешало Лукашевичу найти убежище у венгерских фашистов.

Подтверждая на суде, что его квартира часто посещалась представителями националистических банд, Денис Лукашевич признался также, что он оказывал постоянную материальную помощь убийцам: «С 1945 года до самого ареста вместе с церковным старостой

Дмитрием Пясецким я передал для нужд подполья ОУН из церковных средств 20 тысяч рублей. Пясецкий вручил их участнику подполья Ивану Гринчишину, по кличке Орест…

Для того чтобы и впредь иметь в запасе нужное количество денег для националистического подполья, я дал указание Пясецкому в дальнейшем при поступлении денежных средств в церковную кассу не приходовать их полностью. В результате этого и церковная касса была в порядке, и националисты получали деньги».

Этот рассказ был бы неполон, если бы мы не упомянули и о том, что на скамье подсудимых вместе с братьями Лукашевич сидел и бандит Тома Чмиль, которому вначале было поручено убийство Ярослава Галана. На суде выяснилось, что этот преступник, пойманный 7 августа 1950 года, ещё до посещения квартиры Галана запятнал себя «мокрыми делами». Он избил командира истребительного батальона Островерхова, после чего долгое время скрывался переодетым в женскую одежду, потом пытался застрелить председателя сельсовета села Збоище Михаила Герчука, убил комсомольца Ивана Вилька, снял с него сапоги и зарыл труп в снег…

15 марта 1951 года по приговору Военного трибунала Прикарпатского военного округа Илларий, Александр и Мирон Лукашевичи, а также Тома Чмиль, после отклонения их просьб о помиловании, были расстреляны.

Где-то на нелегальном положении оставался ещё Михаил Стахур, по кличке Стефко, но и его настигла карающая рука народа. «При встрече со мной, — показал Михаил Стахур, — Щепанский подробно расспрашивал меня о том, когда я установил связь с бандитским подпольем и какую проводил до этого националистическую работу. Я рассказал ему о своём участии в убийстве директора школы Ковалева и его жены, двух погонщиков скота и участкового милиционера Едемского, упомянул, что в настоящее время, боясь ареста, я скрываюсь один. Щепанский заявил, что согласен принять меня в ряды «повстанцев» при условии, если я убью писателя Ярослава Галана»…

Свыше восьмисот трудящихся Львова и окрестностей старинного украинского города собрались в Доме культуры железнодорожников 16 октября 1951 года на процесс по делу об убийстве Ярослава Галана Стахуром. И у каждого, кто смотрел на этого выкормыша националистов, сидящего на скамье подсудимых, оборвавшего светлую жизнь Ярослава Галана, возникал один и тот же вопрос: кто мог воспитать такого злодея? В процессе следствия Михаил Стахур охотно заявил: «Имеет связь с бандитами священник нашего села Голинка… Националисты Антон Дыба и Василий Ковалишин, с которым мы вместе убивали погонщиков скота, в праздник рождества скрывались в доме Ивана Куземского. Туда пришёл с молебном священник Голинка. К нему из укрытия вышли Дыба и Ковалишин и попросили благословения. Голинка благословил бандитов, осенил их крёстным знамением, покропил святой водой их оружие… Голинка, прощаясь, пожелал им успеха в борьбе против Советской власти за «самостийну Украину»…»

Вот какой пастырь с детских лет воспитывал убийцу. И когда в переполненном зале Дома культуры железнодорожников государственный обвинитель Роман Руденко закончил свою речь словами: «…к смертной казни!» — бурные аплодисменты были ответом на это требование советского правосудия. Рабочие заводов и фабрик, колхозники, писатели, артисты, учёные поддержали требование прокурора.

Исполнители убийства Галана были обезврежены. Однако где-то в подполье, как затравленный волк, всё ещё бродил бандеровец Роман Щепанский.

Тридцать девять объёмистых томов следственных дел подытожили кровавый многолетний путь этого бандита, его ближайшего помощника Мацейко и других пойманных обитателей лесных националистических схронов. И снова, прежде чем все эти тома легли 5 октября 1954 года на стол Военного трибунала как логическое завершение раскрытия целой цепи кошмарных преступлений, потребовалась напряжённейшая работа советских органов государственной безопасности, следственных органов, судебно-медицинской экспертизы и деятельность сотен простых тружеников, помогавших вытаскивать последние фашистские корешки из многострадальной украинской земли.

Роман Щепанский, переехав в Западную Украину, уже в декабре 1939 года вступает в молодёжную подпольную организацию украинских националистов во Львове. В августе 1941 года, когда гитлеровцы оккупировали Украину, Щепанский устанавливает связь с оуновцем Белокурым и создаёт бандитскую группу в селе Звертов. Он участвует в расстрелах советских активистов и граждан польской национальности.

11 марта 1944 года вместе со своими подручными Щепанский нападает на село Великий Дорошив. Бандиты уходят из села, оставляя позади трупы советских активистов — В. Боровика, Г. Тимуша, М. Банаха. В мае 1944 года во главе своей банды он появляется в селе Станиславка Велико-Мостовского района и убивает всех живущих в селе поляков. Оттуда, ещё не смыв кровь со своей одежды, его сообщники появляются в Новом Селе Куликовского района. И снова позади остаются трупы, сироты, вдовы, пылающие хаты мирных хлеборобов.

С приходом Красной Армии в августе 1944 года Щепанский полностью переходит на нелегальное положение, возглавляет ново-ярычевский районный «провод» ОУН и руководит им до весны 1950 года.

«Слава» о его действиях, об уничтожении им десятков сторонников Советской власти докатывается по линии связи до Мюнхена, до вожака ОУН Бандеры.

Щепанского «повышают в должности», он становится так называемым надрайонным провидником ОУН и через подчинённых ему бандитов организует грабежи и убийства па территории Брюховичского, Куликовского, Ново-Ярычевского, Ново-Милятинского, Нестеровского, Велико-Мостовского и Магеровско-го районов Львовской области. Отсюда, из этих районов, он и посылал своих подручных во Львов и, напутствуя их, всякий раз напоминал слова седьмого пункта декалога украинского националиста: «ненавистью и обманом будешь встречать врагов своих».

Под тяжестью предъявленных ему улик и доказательств в своём последнем слове Щепанский вынужден был признать: «Перед судом раскрылась вся картина совершённых мною злодеяний. В своё оправдание мне сказать нечего. Но я хочу сказать о том, что довело меня до жизни такой. Суду известно, что я происхожу из семьи священника. С детства я воспитывался под влиянием пропаганды униатов. Под влиянием этого фанатизма я совершил множество злодеяний против украинского народа, против Советской власти, против своей Родины.

Я понимал, что значит убийство талантливого украинского писателя Ярослава Галана. Но это убийство я организовал, выполняя приказ своих главарей».

В приговоре Военного трибунала Прикарпатского военного округа по делу Романа Щепанского сказано:

«За время пребывания Щепанского в ОУН по его указаниям и с его личным участием подчинёнными ему бандитами на территории Львовской области и города Львова совершён ряд террористических актов над представителями органов Советской власти и советскими активистами и ряд злодеяний в отношении советских граждан, во время которых девяносто три человека было убито и семнадцать ранено, и совершён ряд диверсий…

Осенью 1949 года Роман Щепанский, получив приказ от главарей националистического бандитского подполья «Сирого» и «Торчина» произвести террористический акт над советским писателем Ярославом Галаном за то, что он в своих патриотических произведениях разоблачал деятельность церкви и украинских буржуазных националистов, принял активное участие в совершении этого террористического акта…

24 октября по указанию Щепанского террористы Лукашевич и Стахур зверски убили топором Ярослава Галана. А в ночь на 24 октября 1949 года бандит Тома Чмиль, которого Щепанский вооружил пистолетом, убил в селе Збоище комсомольца Ивана Вилька…»

И как логическое завершение этого процесса прозвучали последние слова приговора трибунала о том, что на основании 51-1 «а» статьи Уголовного кодекса УССР Щепанский приговорён к расстрелу.

Буквально после появления каждого из моих памфлетов на страницах периодической печати мне приходится знакомиться с писаниями западных «рецензентов», в которых они, фальсифицируя историю, пытаются обелить буржуазных украинских националистов и благословлявших их униатских церковников. И вместе с тем возвести клевету на истинных патриотов Украины, разоблачавших предателей Родины. Да, они не угомонились и после того, как вместе с разгромленными гитлеровскими армиями были вышвырнуты с украинской земли. Они свили себе гнёзда в западных странах, найдя новых покровителей, которые звонкой монетой платят за предательство, за любую антисоветскую акцию, за любое выступление против коммунизма.

Те, кто открыто сотрудничал во время войны с фашистами, кто прибегал к шантажу и обману, кто несёт ответственность за гибель многих десятков тысяч людей, прикидываются невинными овечками, произносят пышные фразы о любви к Отечеству, стремясь оправдать ею свою преступную деятельность. Но факты истории неумолимы. Они позволяют понять истинные помыслы и цели защитников идеи «самостийной Украины», позволяют раскрыть их связь с самыми реакционными силами, в том числе и с гитлеровским фашизмом.

Это мне хотелось напомнить читателям. Ведь национализм продолжает жить за кордоном. Его носители не отказались от своих коварных планов. В общем хоре воинствующих антикоммунистов слышен голос и тех, кто стремится возродить унию на украинской земле. С воинственными проповедями продолжает выступать ставший кардиналом Иосиф Слипый. Пусть же факты истории напомнят людям о тех преступлениях буржуазных националистов и униатов, о которых мы не вправе забывать! Во имя мира на нашей земле! Во имя справедливости и счастья!