— В чем дело? Если крепкий, добавь сливок.
Я поскорее разбавляю кофе, иначе Даниэль способен увести разговор в сторону. Лучше уж пожертвовать собой и выпить эту отраву. Действует напиток мгновенно: сердце колотится где-то у горла, руки-ноги трясутся. Чудесное пойло, ничего не скажешь, я от него постарела на полвека. Даже голос прерывается.
— Как тебе… моя… идея?
— Которая?
— Проведать Квазимодо.
— Почему это так важно?
— Мы говорили о тебе. Квазимодо любит тебя и был бы рад встрече.
Даниэль усаживается на край стола, где всё подготовлено для ужина.
— Ну а меня до сих пор гложет стыд. Очутись я с ним с глазу на глаз, и рта не смог бы раскрыть.
— Квазимодо считает, что ты был прав. Вас связывали добрые отношения, а теперь он остался совсем один.
— Итак, он хочет меня видеть. Ты тоже желаешь нашей встречи. Чего же хочу я сам?
— Интересно бы узнать.
— А я не знаю. — Даниэль соскакивает со стола и, повернувшись ко мне спиной, продолжает свое кулинарное творчество. У него не дрожат руки-ноги от серной кислоты, которую в этом доме скромно называют кофе. Внезапно он резко оборачивается. — Я наслышан о том, что с ним стряслось. Поговаривают, будто авария была не случайной.
— Он сам расскажет, что и как. Кстати, по-моему, он кое-чем может тебе пригодиться.
— Вот как? С течением лет я убедился, что прав был он, а не я. Тогда он казался мне слишком жестоким, а теперь, возможно, и сам я стал таким. Хорошо, загляну к нему. Что-нибудь еще у тебя припасено?
— Нет, все выложила.
Внимательным взглядом он изучает меня с ног до головы.
— Что это ты трясешься, как студень?
— Не беспокойся, со здоровьем у меня полный порядок. Это все твой кофе.
— Прилегла бы ненадолго. Не надо было тебе приходить на тренировку.
— Чем же мне следовало заняться? Ах да, вытирать пыль и стряпать ужин.
— Последнее предоставь мне. Марш в постель, будет готов ужин — позову. Кстати, ты обедала сегодня?
— Да, у мамы. Мартина завтра выписывают из больницы.
— Неплохо бы отправить его куда-нибудь отдохнуть.
— Да я уже заводила разговор об этом.
— Хольдены вне себя из-за пропажи ребенка.
— Знаю.
Даниэль догоняет меня в дверях. Обнимает сзади, кладет голову на плечо.
— Ты сумасшедшая, Дениза.
— Вовсе нет.