Внизу была обычная брусчатая улица, и если сейчас ей, Карен, повезет, то ее преследователи пройдут мимо. Они должны были потерять ее из виду еще полтора квартала назад.
Если не повезет, то в очередной раз ей будет не на что покушать. Девочка скривилась. И угораздило же хозяина квартала воров сдохнуть так по-глупому! Да еще и не оставить при этом ни преемника, ни завещания. Раньше в спорных случаях квартал убийц вмешивался, а в этот раз главе не иначе сдыхать одному страшно было, вот он конкурента и прихватил с собой. На тот свет.
А на этом сплошные проблемы начались.
В квартале воров — драка за власть.
В квартале убийц сплошные драки, кто круче.
А маленькие обаятельные девочки, такие как сама Карен, должны спасать свой заработок в пару золотых от досужих верзил.
— О, вот она. Я же говорил, что она как кошка, ищет где повыше.
Карен круто повернулась. Взметнулись вверх от резкого движения полы короткого пиджака, на мгновение показались спрятанные ножи.
— Тьфу ты, — вздохнула девочка, разглядывая трех парней лет семнадцати-девятнадцати. — Опять вы.
— Опять мы, — согласился один из троих, заводила компании. — К кому нам еще идти, если со всего воровского квартала в день пару сотен золотых зелей можешь добыть только ты?
— Сами бы воровали.
— Ну что ты. Нам воровать не хочется. Так и к стражам попасться можно. А ты девочка. Да еще и одна… Красивая, умная, талантливая.
— Осади коней! — разозлилась девочка. — Налетаете как падальщики, а я еще и радоваться этому должна?
— Должна, конечно. Просто обязана! Ведь мы тебя от таких проблем избавляем!
— Пока вы мне только их добавляете, — пробормотала Карен, отступая еще на шаг назад. За спиной опасно покачнулась черепица, и девочка пришлось остановиться, чтобы не свалиться вниз.
Капризный дар ветра, который проснулся в ее душе всего пару месяцев назад, одновременно с кучей болезненных ощущений, Карен призывать боялась. С ветра сталось бы и толкнуть в обратную сторону ее, вместо ее обидчиков.
А позади улица… а позади квартал убийц, где чужаков не жаловали и в обычное время, что уж говорить о неспокойных временах, когда сосед соседу был худшим врагом, а о понятии «друг» забывали сразу, как о несовместимым с жизнью.
— Ну же, — главарь протянул руку.
— Ну же, — хором отозвались два его подпевалы, протягивая ладони.
И уже на три голоса они заголосили:
— Деньгии-и-и! Деньги-и-и! Давай деньги!
Карен прикусила губу. Денег не было. Был медальон. Очень дорогой и почему-то ей понравившийся. Отдавать его она не хотела.
«Будем драться», — с решимостью удивившей ее саму, девочка встала поудобнее.
Парни расхохотались.
— Ой, не могу, эта козявка решила посопротивляться.
Карен закрыла глаза.
В книге, которая попала ей на глаза в башне того странного дядьки, к которому она залезла пару лет назад в поисках еды, были странные слова, которые она не понимала очень долго. А теперь они сами собой всплыли в ее памяти.
«Концентрация должна быть нерушима. Нарушишь концентрацию, и ты погибнешь. Твоя собственная сила обернется против тебя. Будь спокойным. Контролируй дыхание. Закрой глаза, соберись, а когда откроешь глаза — атакуй. Твой дар подскажет тебе, что делать».
Распахнув глаза, даже не зная, что сейчас вокруг нее завертелся небольшой, полупрозрачный смерч, Карен свела руки перед грудью, словно прижимала какой-то шар, а потом атаковала.
Ветряной шар пролетел по крыше, поднимая вверх черепицу, и сбил с ног одного из обидчиков. Но насладиться своей победой Карен не успела. Потому что крыша ушла и у нее из-под ног. Сила отката была такова, что девочку словно в грудь тараном ударило…