Здравствуй, Таити!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Французский коммодор не мучил своих матросов строгой дисциплиной, желая, чтобы они были сыты и настолько счастливы, насколько это было возможно, позволяя им развлечения во время плавания, и сам иногда принимал участие в подготовке увеселений. Если пребывание в открытом море затягивалось, он уменьшал рацион питания одинаково — как для матросов, так и для офицеров. В течение всей экспедиции, продолжавшейся четыре года, Бугенвиль потерял всего семь человек (первая экспедиция Кука в Тихом океане лишилась тридцати человек из восьмидесяти).

Жители острова одолевали белых пришельцев вопросами, иногда весьма непристойными (по европейским нормам), ставящими в неловкое положение. Особенное любопытство проявляли таитянки. Их интересовало все: как выглядят европейские женщины, как они одеты, какую употребляют косметику, что едят вместе с мужчинами, а что отдельно. «Мой кок, — пишет Бугенвиль в своей известной книге „Кругосветное путешествие“, — несмотря на запрет, улизнул на берег; но вскоре он вернулся оттуда напуганным и полуживым. Едва он ступил на берег с избранной им красоткой, как его окружила толпа туземцев. Его схватили и раздели донага. Кок уже считал себя погибшим, не понимая, что означают возгласы людей, которые поспешно ощупывали все его тело. После осмотра они вернули ему одежду и все, что было у него в карманах, а затем подвели к нему девушку и стали торопить выполнить то, что привело его на берег. Но все было напрасно. Поэтому островитяне вернули на корабль бедного кока, который просил меня наказать его самым строгим образом, заверяя, что он никогда не испытывал передо мной такого страха, какой испытал на берегу»[9].

Во время пребывания французов на Таити произошел еще один забавный случай. Однажды натуралист экспедиции де Коммерсон сошел на берег для сбора растений и семян. С ним был его помощник, который нес гербарий. Внезапно юношу окружили островитяне, крича, что это женщина и что они желают торжественно приветствовать ее на своем острове. И действительно, тот, кого знали как юнгу Жана дю Барре, оказался женщиной! У девушки умерли родители. Оставшись сиротой, она переоделась в мужское платье и нанялась на корабль, чтобы заработать на жизнь и посмотреть свет. Таким образом, Жанна Барре стала первой женщиной, совершившей кругосветное путешествие.

Таитяне были непосредственны, благородны, но… вороваты, что объяснялось их детским любопытством. Бугенвиль записал: «Надо было зорко следить за всем, что приносилось с кораблей на берег, и даже за собственными карманами, так как более ловких плутов, чем эти островитяне, не сыщешь во всей Европе.

Между тем не похоже, чтобы воровство было обычным явлением среди них. В их домах ничего не запирается, все лежит открыто на земле или подвешивается к крыше, нигде нет ни замков, ни сторожей. Вероятно, любопытство, вызванное невиданными доселе предметами, возбудило в них сильное желание обладать ими…»[10].

Великий первооткрыватель и мореплаватель, ценитель природы Бугенвиль и его люди прекрасно чувствовали себя на Таити. Судьба народов, которых он видел во время путешествия, была ему небезразлична, и в этом отношении он далеко опередил свое время. Жажда знаний у Бугенвиля тесно сливалась с гуманизмом в самом высоком понимании этого слова. Его записки полны рассуждений в духе концепции «первобытного счастья», широко провозглашавшейся философией эпохи Просвещения.

«На Таити, — пишет он, — нет таких порядков, чтобы мужчины занимались исключительно рыбной ловлей и военными делами, предоставляя слабому полу тяжелые работы по хозяйству и обработку земли. Поэтому удел женщины — приятная праздность, и самым серьезным ее занятием является уход за своей наружностью, чтобы нравиться мужчинам»[11].

«…Здоровье характеризует островитян, живущих в открытых всем ветрам домах и спящих на едва покрытой листьями земле, безмятежное существование без всяких болезней, когда до глубокой старости сохраняется острота всех чувств, исключительная красота зубов…

Основная их пища — овощи и рыба. Мясо они едят редко, а дети и девушки — никогда, и этот режим, несомненно, предохраняет их от всех наших болезней. То же я могу сказать и о напитках — они не пьют ничего, кроме воды: один лишь запах вина или водки вызывает у них отвращение, так же как и табак, пряности и вообще всякие острые вещи»[12].

В книге Бугенвиля есть также записи, противоречащие ходовым представлениям о «благородном дикаре». Надо отдать справедливость великому путешественнику: несмотря на пышность и очарование тропической природы, которая часто как бы скрывает печальные стороны жизни островных народов, он понимает истинную суть их существования, полного конфликтов и забот, и даже замечает жестокие классовые различия.

«Различие в рангах, в общественном положении и жестокое неравенство очень глубоко укоренились на Таити. Короли и вельможи имеют право на жизнь и на смерть своих рабов и слуг. Я даже склонен думать, что жертвами этого варварского права является та часть народа, которую таитяне называют, тата-эйну“, то есть люди низкого звания; из этой категории отверженных и избираются человеческие жертвы…»[13].

«Медовые месяцы» белых пришельцев и полинезийцев прошли быстро. Пора было свертывать палатки, разбитые в священном доме для лодок[14], который предоставил европейцам местный вождь Эрети. Бугенвиль торопился покинуть остров из-за неудобной якорной стоянки (сильные ветры в любой момент могли выбросить корабли на рифы), а также из-за участившихся стычек между командой и местными жителями.

Все происходило как положено: бутылка, в ней запечатан соответствующий документ, в котором Бугенвиль провозглашает остров владением французской короны. Как Кирос для Испании, а британцы для Англии, так и Бугенвиль захватывает остров во славу своего монарха.

Таитяне проводили европейцев плачем, как того требовал полинезийский этикет. На окрестных вершинах в честь отплывавших кораблей запылали костры.

Вместо драгоценностей и благородных металлов путешественники привезли воспоминания. Те, кто вернулись в Европу, рассказывали, что нашли рай на земле. Так возникла легенда о Таити. Прекрасные женщины, атлетически сложенные мужчины, кокосовые пальмы, плоды, быстро утоляющие и голод и жажду — все это манило и зачаровывало последующие поколения европейцев.

С семидесятых годов XVIII столетня европейские корабли стали на удивление регулярно посещать Таити. Через год после Бугенвиля, то есть в июне 1769 года, в залив Матаваи вошел трехмачтовый барк «Индевр», которым командовал Джеймс Кук. Сын батрака из Йоркшира, в молодости он прошел суровую школу, самостоятельно взбираясь по крутым ступеням флотской карьеры. Кук, пожалуй, одна из наиболее значительных фигур в истории открытий в Тихом океане. Составленное им подробное описание трех кругосветных путешествий — до сих пор неисчерпаемый источник сведений о жизни и культуре народов Океании.

Еще до прибытия на Таити Кук ознакомился с отчетом капитана Уоллиса, который переименовал залив Матаваи в Порт-Ройял. Пышное название со временем вытеснилось прежним, местным — Матаваи. Так не раз случалось в Тихом океане.

Главная, официальная, цель английской экспедиции на Таити — наблюдение за прохождением Венеры через диск Солнца. Не успели еще шлюпки «Индевра» пристать к берегу, как командир корабля издал приказ, начинающийся словами: «Всеми силами надлежит радеть о дружеских отношениях с туземцами. Относиться к ним следует в высшей степени дружески». Англичанин составил также подробный и суровый распорядок для своих матросов, касавшийся общения с островитянами, так как неоднократно случалось, что экипажам кораблей, пристававших к дальним островам, приходилось расплачиваться за обиды, нанесенные населению их предшественниками. Сорокалетний капитан Кук применяет силу лишь в случаях крайней необходимости. «Суровый, но справедливый», — пишет о нем большинство английских историков.

Для наблюдения за Венерой необходимо было смонтировать переносную обсерваторию, но прежде всего капитан Кук приказал построить форт. Небольшая крепость, огороженная крепким частоколом, с хорошо укрепленными воротами резко отличалась от безобидных таитянских хижин. Строители назвали крепость фортом Венеры.

Капитан Кук, которого справедливо называют королем мореплавателей, исследовал все острова, лежащие к западу от Таити. А архипелаг, в центре которого расположен остров Таити, он назвал островами Общества в честь Лондонского королевского общества.

Еще дважды, в 1773 и 1777 годах, Таити принимает Джеймса Кука. Каждый раз англичан встречает сердечный прием — танцы, спортивные состязания, пиры скрашивают их пребывание на острове. Здесь необходимо упомянуть, что еще в первый визит на Таити его превосходительство капитан Кук был усыновлен будущим правителем Таити Оту и получил имя Туте.

В результате трех экспедиций капитана Кука в Тихий океан образ Южного материка с молочными реками, населенного русалками, сияющего золотом, перестает волновать воображение европейцев. Последняя экспедиция Кука на Гавайские острова завершает эпоху Великих географических открытий в Тихом океане.

Залив Матаваи. Легкий ветерок морщит поверхность лагуны и шелестит листьями пальм над моей головой. Я отвлекаюсь от размышлений над историей великих открытий и отправляюсь на прогулку по мысу Венюс. На фоне кокосовой рощи резко выделяется простой белый памятник. Каменный шар на пьедестале напоминает потомкам о самом знаменитом мореплавателе мира — Джеймсе Куке. Благодаря ему двое ученых Лондонского королевского общества получили возможность наблюдать на Таити 23 июня 1769 года прохождение планеты Венера через диск Солнца. В память об этом событии мыс получил свое название.

В нескольких шагах отсюда стоит скромная хижина — музей, имеющий целью увековечить память трех великих европейских мореплавателей и первооткрывателей, которые высаживались на восточном побережье экзотического острова, и здесь же рядом лежит якорь, оборвавшийся с одного из кораблей Кука близ рифов Таити. И наконец — сложенный из камней памятник, с изображением миссионерского судна «Дафф» и датой (1797) высадки первых глашатаев новой веры в заливе Матаваи.

Оанако в таком чудесном, очаровательном месте не хочется размышлять о слишком серьезных вещах. Здесь, у лагуны Матаваи, я впервые чувствую дух Южных морей — пальмы, пляж, воздух, насыщенный запахом морских водорослей. Меня охватывает блаженное ощущение лени. От нагретого песка разливается тепло, с моря веет слабым освежающим ветерком, как бы дыханием пассата, пробуждающегося вместе с солнцем. Воды лагуны Матаваи молчат. А ведь могли бы рассказать самую яркую легенду Южных морей — историю взбунтовавшихся английских моряков и украденных ими таитянских женщин. Этот авантюрно-романтический эпизод второй половины XVIII века стал впоследствии сюжетом для многих литературных произведений и кинофильмов. В 1960 году «Метро Голдвин Майер» снимало в этом заливе кадры к фильму «Мятеж на, Баунти“» с Чарльзом Лаутоном и Марлоном Брандо в главных ролях. Таитяне, приглашенные в качестве статистов, заработали кучу денег. Стоимость фильма составила — шутка сказать — миллион долларов! Однако история бунта на «Баунти» была достойна экранизации.

В октябре 1788 года в залив Матаваи вошел очередной корабль — старый трехмачтовик «Баунти» водоизмещением двести пятнадцать тонн. Его командиром был лейтенант Уильям Блай. Британская администрация поручила ему перевезти с Таити в Вест-Индию саженцы хлебного дерева, где его собирались выращивать, так как плоды были признаны питательными, дешевыми, то есть идеальной пищей для невольников, занятых на плантациях. Блай плавал штурманом у Кука, хорошо знал Таити и мог легко выполнить задание, тем более что в последний визит он подружился с Оту, правителем острова, будущим Помаре I.

Радостный Оту в плаще из красных перьев прибыл на корабль в сопровождении многочисленной свиты. На «Баунти» гостей встретили хорошим обедом, обменялись в знак дружбы дарами. Правитель сам ничего не ел — его кормил слуга, приставленный к нему специально для этой цели; он засовывал вождю в рот лучшие куски.

Командир корабля идет навстречу команде, которая жаждет немного развлечься. Начинаются ежедневные пиры, забавы — как на берегу, так и на борту «Баунти». Островитянки приглашают матросов к себе, иногда сами проводят ночи на фрегате. Через несколько дней по прибытии у каждого матроса уже есть своя подружка.

Капитан Блай между тем не бездельничает. Поблизости от мыса Венюс он высаживает ростки хлебного дерева. Его люди днем и ночью охраняют саженцы, чтобы жители в силу своего легкомыслия не повредили их. Когда все саженцы погрузили на корабль, пора было расставаться с Таити. С большой неохотой оставляли моряки прекрасный остров.

Мятеж вспыхнул на «Баунти» неподалеку от островов Дружбы (Тонга). Девятнадцать членов команды из сорока двух схватили лейтенанта, а также верных ему людей, посадили их на баркас и оставили на произвол судьбы. Претерпев тяжкие лишения, преодолев более трех с половиной тысяч морских миль, Блай со своей сильно поредевшей командой достиг острова Тимор, откуда был отправлен в Англию.

[9] Бугенвиль Л.-А. Кругосветное путешествие на фрегате «Будёз» и транспорте «Этуаль» в 1760, 1767, 1768 и 1769 годах. М., 1961, с. 159.

[10] Там же, с. 163.

[11] Там же, с. 179.

[12] Там же, с. 175.

[13] Там же, с. 185

[14] Священный дом для лодок — помещение, в котором хранятся от дождя и ветров большие лодки, когда их не используют.