Я пожала плечами.
- У нее есть хорошие истории?
- Нет, - ответил он сразу, а затем затих. Мы работали в тишине несколько минут. Гитара висела у него за спиной. Коул может быть и рок-певец, но он все же заботится о своих вещах.
- Ты когда-нибудь снимал ее? - спросила я. - Я о гитаре.
Коул положил футболку на прилавок и сгладил складки.
- Нет.
- Почему?
Он взял сложенную футболку с вершины стеллажа и потряс ее.
- Это частичка меня. Это, то же самое, что идти в школу без руки.
- Не думаю, что это полезное сравнение.
Он засмеялся, пока вытаскивал лезвие из шелкографии.
- Итак, то, что у вас с Джеком.
- Да?
Он поднял скрин и осмотрел печать, прежде чем поднял голову с небольшой улыбкой на лице.
- Это любовь?
Его вопрос застал меня врасплох. Обычно об этом друзья не спрашивают. Больше похоже, что Коул нащупывал границу. Но, возможно, это только мое воображение.
Я сделала глубокий вдох.
- Хм...
Я подошла к прилавку, где были сложены футболки, но их все уже распродали. Я смотрела в пол. На ногти, краску. Хоть куда, но не на его лицо. Почему я осматривалась вдруг?
- Гм ... А с чего ты вообще начал?
Я, наконец, подняла взгляд, чтобы встретить его. Может я была взволнована ещё больше?
Он поднял бровь и подошел ко мне. Я отпрянула назад, прежде чем поняла, что он встал возле меня, туда, где сложена вторая куча футболок. На мою реакцию, он поднял руки в невинном жесте, а затем указал на футболки.
- Футболки, Ник. Я хочу взять футболку.
- Ясно.
Я покачала головой, и из меня вырвался нервный смешок.
- Так, гм, почему ты спрашиваешь меня о... мне и Джеке?
Я не могла заставить себя сказать слово на букву «Л».
Он расправил новую футболку, а затем провел лезвием по другому изображению.
- Не знаю. Просто я много времени провожу с тобой. Я не вижу его. Тебя с ним.
- Ты его не знаешь.