— Ох ёлки-палки, это же отрыжка! — сказал Даррен. — Ну всё, нам хана!
— Ты что здесь делаешь? — заорал я на Тайсона, налегая на него всем весом и пригвоздив его плечи к земле.
— Слезь с меня, задница, мне больно!
— Я задал тебе вопрос!
— Ты делаешь мне больно!
— Вот и прекрасно! — сказала Эбби. — Он сделает тебе ещё больнее, если не ответишь!
Тайсон как в рот воды набрал.
— Берегись, Тайсон, уж мы-то придумаем, как тебя разговорить, и вряд ли тебе это понравится!
— Я ничего не видел.
— Врёт! — ощерился Рэндал.
— Тащите его обратно, в Стоунхендж! — сказала О_о.
— В Стоунхендж! — откликнулись остальные. — Да, тащите его в Стоунхендж!
Мы так и поступили. Я заломил Тайсону руки за спину. Он задрыгался, но Даррен схватил его за ноги, и мы понесли лазутчика через лес к месту наших заседаний.
Костёр всё ещё ярко пылал, когда мы стащили Тайсона вниз, в котлован. Шпион прекратил сопротивление где-то по дороге к Стоунхенджу, и теперь, когда мы отпустили его, стоял, прислонившись спиной к стенке, а мы все семеро встали напротив.
— Что у вас тут за шайка? — спросил Тайсон.
Меня это определение слегка задело, но я выпустил его из другого уха.
— Нас семеро, Тайсон, — сказал я, — а ты один. Лучше давай выкладывай, что видел, что слышал.
— Фиг я тебе что-нибудь скажу!
— А набить ему морду! — заорал стоявший сзади Джейсон и впечатал кулак в раскрытую ладонь другой руки. — Он у нас заговорит как миленький!
— Да! — подхватила О_о.
— Нет! — возразил я. Мне стало понятно, что если наседать на Тайсона, он вообще захлопнет варежку. Нужен был иной подход.
— Слушай, Тайсон, — сказал я. — Мы не станем тебя бить, не бойся. Мы здесь все друзья, так?
— Не так, — сказала Эбби.
— Я сказал — мы тут все друзья. Так?
Все нехотя согласились.
— Вот видишь. А теперь почему бы тебе не рассказать своим друзьям, что ты видел?
Я сделал шаг назад, давая Тайсону немного личного пространства. Он обвёл нас взглядом — уже не таким свирепым, как раньше, хотя и всё с той же обычной сумасшедшинкой. Он долго всматривался в нас, а потом проговорил:
— Я видел только, как вы смеялись. Это всё. Вы ржали и ржали. Это всё.
— Так мы тебе и поверили! — съязвила Шерил.
— Это правда!