При этих словах Айри открыла рот и посмотрела на него огромными глазами.
— Ты же сам говорил, как тяжело было, когда вас осталось шестеро, — отыскал, наконец, подходящий аргумент Александр.
— Если ты так хочешь убраться отсюда, то зачем спрашивать меня? — проворчал келлуанин, отворачиваясь и вытирая глаза. — Я же всего лишь жалкий старик! Кого интересует мое мнение?!
— Зачем ты обижаешь меня, почтенный Энохсет? — дрогнувшим голосом спросил Алекс.
А когда тот удивленно взглянул на него, продолжил.
— Ты спас мне жизнь и ты хозяин этого острова. Как я могу звать сюда корабль без твоего разрешения?
Александру и в самом деле не хотелось обманывать старика. Вдруг еще решит пойти по стопам своего господина?
Кто знает, какие шестеренки повернутся в старой башке? И какие яды у него еще остались? Возьмет да и потравит и их с Айри, и корабельщиков.
Не ожидавший таких слов Энохсет зашмыгал носом.
Громко высморкавшись, он вытер лицо платком.
— Ты знаешь, какие преступления я совершил. Для меня нет прощения.
— Ты был молод, и обманут Хотепсетом, — возразил юноша. — Во всем, что случилось, только его вина. Разве ты уже не достаточно наказан богами? Ты провел почти сорок лет вдали от родины, потерял жену, детей, страдал от одиночества на клочке земли у самого края света! Ты полностью искупил свою вину, господин.
— Ты думаешь? — с какой-то детской надеждой спросил старик.
— Конечно! — уверенно ответил тот. — А главное, ты вернешь святыню в храм Сета.
Энохсет погрустнел и еще раз высморкался.
— Я слишком стар для такого долгого пути…
— Господин, разреши мне сказать, — внезапно раздался робкий голос Айри.
Мужчины разом посмотрели на девочку.
— Говори, — кивнул Энохсет.
— Разве ты не хочешь прожить остаток дней среди людей в теплом доме с тенистым садом и пить пиво и вино в окружении заботливых слуг?
— О чем ты? — вскинул брови старик.
Алекс тоже ничего не понимал.
— Тикена! — торжествующе проговорила Айри. — Если тебе тяжело плыть в Келлуан, купи дом там или в любом другом городе у моря!
Энохсет медленно покачал головой и тяжело вздохнул
— Жить там, где я никому не нужен? Лучше остаться здесь. Тут похоронены моя жена и дети. Пусть уж и я упокоюсь рядом с ними.
Наступила тишина. Александр лихорадочно размышлял, что делать дальше. Девочка захлюпала носом. Старик, не стесняясь, плакал, вытирая слезы мокрым платком.
— Ты хороший человек, господин Энохсет, — Алекс поклонился на тонганский манер, пробуя еще аргумент. — Ты гостеприимно принял нас на этом острове. Так помоги еще раз. Дай нам возможность выбраться отсюда в большой мир.
Старик упрямо молчал. Юноша решил подстраховаться.
— Клянусь, что твоя воля будет исполнена мною, чтобы ты не решил.
Айри вдруг упала перед Энохсетом на колени.