Она привела их на кухонный двор, усадила в какой-то закуток у забора, поставила кувшин с пивом, сунула две лепешки и строго настрого приказала никуда не шататься.
— Здесь сегодня соберутся самые уважаемые люди Билда, — предупредила она. — Нечего вам болтаться у них на глазах.
Немного погодя им принесли две пережаренные булки и большую головку чеснока. Пиво оказалось неожиданно крепким. Туптаха быстро развезло, и он заплетавшимся языком стал рассказывать о своих любовных приключениях. Алекс выслушал пару историй, которые оказались похожи одна на другую, и быстро потерял к нему интерес, а толстяк еще долго бубнил о стройных ножках, изящных ручках и других частях женских тел.
Прибежала задерганная Нефернейт, принесла еще один кувшин с пивом, мельком взглянула на сомлевшего Туптаха и вновь умчалась по своим делам.
Скоро у Александра затекли ноги, он оставил задремавшего слугу и вышел в сад. В узких окнах дома мелькали отблески пламени светильников, доносились пьяные голоса и мелодия флейты. Юноша взглянул на небо. Солнце торопливо катилось к закату. Он отыскал местечко у стены, убедился в отсутствии змей, расстелил одеяло и лег, положив руки под голову.
Давно Алекс не чувствовал себя так спокойно. Здесь никто не слышал о колдуне Тусете и его слугах-убийцах. Никто его не ловил, не преследовал. Красота! Юноша потянулся и задремал, вдыхая одуряющий аромат цветов и виноградных гроздьев.
Весь день местное начальство навещало знатного гостя. Видимо Раамосу это не слишком нравилось, и утром он предложил Александру сходить на охоту.
Отчаянно зевавший Туптах протянул хозяину лук. Молодой келлуанин упер его в землю и стал натягивать тетиву. Мышцы на тонких руках рельефно вздулись, узкий высокий лоб прорезала упрямая складка. Еще одно усилие, петелька надежно зацепилась за вырез, и туго натянутая струна басовито загудела.
— Сидеть здесь весь день так скучно, — улыбнулся Раамос.
— Господин, я устал! — заканючил слуга. — Позволь мне поскучать?
Молодой человек рассмеялся.
— Ты толстый ленивый бегемот!
— Таким уж я уродился, — развел пухлыми руками Туптах.
— Оставайся! — отмахнулся хозяин. — А мы с Алексом погуляем. Или ты тоже хочешь остаться в городе?
— Нет, — улыбнулся Александр. — Я уже насиделся в четырех стенах.
— Что? — переспросил Раамос, нахмурившись, потом сообразил и понимающе улыбнулся. — Хорошо сказано «в четырех стенах»!
За городом на полях копошились красно-коричневые фигурки.
— Скоро сюда придет большая вода, — пояснил молодой келлуанин. — Крестьяне ремонтируют канавы, расчищая ей путь.
Занятые люди не обращали внимания на двух бездельников, направлявшихся к гряде холмов, протянувшихся с севера на юг. Через два часа у их подножья они спугнули небольшое стадо антилоп.
— У них вкусное мясо! — закричал Раамос, бросаясь в погоню.
— Разве их догонишь? — попытался урезонить его Алекс, но молодой человек уже мчался по пересохшей саванне за мелькавшими далеко впереди желто-красными пятнами.
Выругавшись, Александр припустил вслед за ним.
— Они остановятся, как только потеряют нас из вида! — на бегу объяснил келлуанин. — Я подкрадусь ближе и попробую подстрелить одну из лука!
Животные исчезли за холмом. Когда тяжело дышащие юноши поднялись на его вершину, стадо уже спокойно паслось примерно в километре.
— Что я тебе говорил! — азартно крикнул Раамос, хлопнув спутника по плечу.
Определив направление ветра, келлуанин повел Алекса на восток, ни на минуту не теряя антилоп из вида. Потом они долго крались по какому-то кустарнику, где Александр пустил в дело меч, перерубив напополам толстую, нервную кобру. Добравшись до небольшого деревца, Раамос приказал:
— Оставайся здесь и смотри внимательно. Как только я взмахну рукой, выходи и иди к стаду. Понял?
Юноша кивнул и поинтересовался:
— Зачем?
— Газели испугаются и помчатся на меня. А уж я не промахнусь.