Мерисид вошла в кладовую, посмотрела на саркофаг, обернулась и встретилась взглядом с коленопреклоненным хозяином. Сразу же отведя глаза, она вернулась к двери, распахнула, прикрывая вскочившего на ноги Небраа, и привалила камнем, чтобы не закрылась.
Сквозь щель он видел, как служанка, пыхтя, отодвигает тяжелую крышку.
— Помоги ей, Аататам, — распорядился старший мождей.
— Я сама, господин! — стала отнекиваться женщина.
Но стражник уже заслонил собой дверь.
Небраа от ужаса закрыл глаза и чуть не обмочился.
— Хвала Осирсу! — прочувственно сказала Мерисид. — С Нефернут все в порядке. Помоги мне закрыть гроб.
Едва крышка успела занять свое место, как во дворе гневно загремел знакомый голос:
— Что тут происходит?
Стражник торопливо вышел, так и не заметив притаившегося за дверью Небраа.
— Господин Моотфу, что ты делаешь в доме нашего младшего писца? — строго спросил первый пророк.
— Увы, мудрейший! — грустно вздохнул старший мождей. — Скорбные вести принес вам мой посланец.
— О чем ты говоришь?
— Сойди с носилок и взгляни сам.
Мерисид быстро закрыла дверь, схватила за руку полумертвого от страха Небраа и потащила его к саркофагу.
— Снимай крышку! — попросила женщина.
— Что? — не понял мужчина.
— Господин! — взмолилась старшая служанка. — Помоги мне снять крышку, иначе нас обоих убьют! Скорее!
— Какой ужас! — донесся возмущенный голос Сетиера.
Очнувшийся Небраа взялся за расписное дерево.
— Вот так, быстрее! — командовала Мерисид.
Они прислонили крышку к скамье. Служанка легко вытащила из просторного гроба длинную тонкую мумию, плотно завернутую в золотисто-серые бинты, с серебряной маской на лице.
— Ложись, господин!
— Что?! — открыл рот Небраа.
— Молю всеми богами, скорее! — с нескрываемой мукой в голосе прошептала женщина.
— Я…, — запыхтел мужчина, задирая ногу. — Мне неудобно…
Мерисид бросила мумию и едва успела схватить опасно накренившийся гроб. Изо всех сил упираясь руками в жирную спину господина, женщина помогла ему забраться внутрь и улечься. Потом, надрываясь, надвинула на саркофаг тяжелую крышку. А чтобы хозяин не задохнулся, вставила тоненькую веточку, не позволявшую краям плотно прилегать друг к другу.
Оказавшись в полной темноте, Небраа слышал, как она подняла с пола мумию, отнесла её куда-то в угол и долго шуршала ветками.
«Убис не простит нам такого святотатства! — думал младший храмовый писец. — О Сет, бог мудрости, Пуат, бог чисел, и Найб, бог благополучия, заступитесь за меня перед шакалоголовым стражем порога».
Толстые стенки из дерева заглушали доносившиеся снаружи страшные голоса. И оказавшись в темной тишине, мужчина начал потихоньку успокаиваться.