— Я слышал, у него случилось помрачение рассудка, — жрец вытер лоб и посмотрел на окровавленную руку. — Такое, как у вас с Треплосом в Нидосе.
— Его не было в твоем доме, когда убивали, — она замялась. — Слуг.
— Откуда ты знаешь? — жрец нахмурился и тут же зашипел от боли.
— Алекс сам попал в ловушку у канала и едва остался жив.
Тусет удивленно посмотрел на нее.
— Где он?
— Не знаю, — ответила Айри. — Но скоро буду знать.
— Нам нужно о многом переговорить, — сказал жрец.
— Только сначала нужно перевязать тебе голову, — чуть улыбнулась Анукрис.
Лодка Небраа представляла собой узкую пирогу, выдолбленную из цельного ствола дерева. На носу и корме задирались вверх закрученные кольцом рыбьи хвосты. Александр кулем свалился на дно, и облегченно вздохнув, вытер пот. Вода в канале стояла низко, и, улегшись, юноша оказался защищен от нескромных взглядов с берега причалом, поднимавшимся сантиметров на тридцать над бортом.
Теперь его могли заметить только с воды. Чтобы хоть как-то спрятаться, он прикрыл себя циновкой, так кстати оказавшейся в лодке. Завершив маскировку, Алекс высыпал из сумки грязно-серые, тяжелые камни и принялся искать средство для скорейшего заживления ран. Кряхтя и морщась, срезал пропитанную смолой тряпку, обнажая крышку золотого флакона со знаком сломанной стрелы. Нацедил из бурдюка вина в медный стаканчик, добавил каплю густой темно-вишневой жидкости с запахом гвоздики и медленно выпил.
Теперь осталось только ждать. Порезанные руки его мало беспокоили, а вот рана в боку болела все сильнее. Скоро парню стало казаться, что под кожей у него поместили горячий уголек. Александр перевернулся на спину, затем вновь на бок и опять на спину. Боль становилась невыносимой. Чтобы не закричать, он вцепился зубами в кожаный браслет и тихо завыл не в силах терпеть муки молча.
Вдруг в истерзанное страданием сознание ворвался дробный топот. Кто-то быстро бежал к причалу. Юноша нашарил рукоятку меча.
— Алекс! — услышал он знакомый голос Мерисид. — Ты здесь?
Он выплюнул изжеванную кожу, и прохрипев:
— Тут, — откинул циновку.
С причала на него смотрели большие, покрасневшие от слез глаза девушки. Оглянувшись, она спустилась в лодку и стала торопливо её отвязывать.
— Что случилось? — тревожно спросил Александр.
— Нефернут убили, — дрогнувшим голосом ответила Мерисид, отодвигая его в сторону.
Парень вскрикнул.
Она вытащила из-под него длинное весло.
— И всех слуг тоже.
— …да как больно то! — прохрипел Алекс, не в силах сдержать хлынувшие слезы. — Кто?
— Ты!
От удивления парень на миг забыл о боли.
— Кто?! — переспросил он, вытаращив глаза.
— Ренекау сказала, что Алекс сошел с ума и всех убил, — стоя в середине лодки, танцовщица ловко гребла одним веслом.
— Вот… сука! — грязно выругался Александр. — Вот… врет!
— Знаю, — не глядя на него, проговорила Мерисид. — Иначе я бы тебе не помогала.
— Убью… гадину!