Девочка огляделась.
— А где Треплос?
— Тусет решил, что ему не стоит показываться перед Нароном, — понизил голос Александр. — Как ни как, из-за него он попал в тюрьму.
— На корабле, в самом деле, везли украденные сокровища? — глаза у Айри загорелись. — Это Мальтус и его приказчики?
— Угу, — кивнул юноша. — Их спрятали в тех тюках, которые они унесли с собой. Помнишь?
— Да, — ответила девочка и встрепенулась. — Вы что оставили этого жулика в гостинице?
— Нет, — Алекс даже обиделся. — Ждет за воротами.
— Уф, — успокоилась Айри. — Жрец знает о его выкрутасах?
— Знает.
— И он его не выгнал?
— Я попросил за него, — пояснил Александр.
Собеседница отшатнулась.
— Ты? Неужели…
— Скажешь, что он мне нравится, получишь по уху, — предупредил юноша. — Мне его просто жаль. Точно так же, как и тебя.
— Ну ты…, — девочка задохнулась от возмущения, пытаясь подобрать слова. — Ну… Лучше бы змею пожалел.
— Ты же вроде с ним целовалась, — раздраженно напомнил Алекс.
— Это было давно! — дернула плечом Айри. — И вообще, он мне никогда не нравился! А целовалась я с ним просто так! От нечего делать! Вот!
— И ночью он к тебе приперся тоже «от нечего делать»? — зло усмехнулся Александр.
— Если хочешь знать…
— Не хочу! — оборвал её юноша.
— … между нами ничего не было! — закончила собеседница. — Я не вешаюсь на шею первому попавшемуся мальчишке!
— Я тоже!
— И по публичным домам не хожу!
— А здесь есть и для женщин? — усмехнулся юноша.
Они могли ругаться еще долго, но тут дверь отворилась, и во двор вышел хмурый Тусет. Айри показала парню язык и поспешила к господину. Выругавшись про себя, Александр последовал за ней.
У ворот жрец протянул стражнику папирус, и тот, равнодушно кивнув, открыл калитку. Сидевшие в тени стены носильщики стали подниматься на ноги. Треплос, примостившийся в сторонке, быстро вскочил и бросился к девочке, ослепительно улыбаясь.
— Хвала богам, ты свободна! Как я рад видеть тебя, красавица.
Айри ловко увернулась и, задрав подол хитона, отвесила поэту хорошего пинка. Укры заржали. Даже сухие губы Тусета тронула тень улыбки.
— Алекс, проводи её в гостиницу, пусть поест и приведет себя в порядок, — распорядился жрец. — Но в номер не входите до нашего прихода.
— А как же платье, господин? — пролепетала девочка. — Вся моя одежда там.