— Что еще? — нахмурился келл.
— Давайте отойдем, — предложил Алекс, и жрецу это сразу не понравилось. Но он уже привык доверять своему охраннику.
— Здесь Нарон, — вполголоса проговорил юноша, когда они подошли к стене казармы.
— Где? — не понял старик.
— В тюрьме, — усмехнулся Алекс. — Сидит со вчерашнего утра.
— За что?
— Пришла быстроходная бирема с послами магистрата Милеты, — стал рассказывать юноша. — По их требованию городская стража и задержала Нарона.
— Ты не можешь толком объяснить, в чем его обвиняют? — не сдержавшись, рявкнул жрец.
— В ночь нашего отплытия в Милете ограбили храм богини мудрости, — так же не торопясь, продолжал Алекс. — По утверждению послов награбленное вывезли на его корабле.
— Приказчик Мальтус?! — вскричал Тусет. — Шерсть!
— Вы правы, мудрец, — кивнул юноша. — В тюках оказалась сухая трава, камни и овечий помет.
Жрец с силой ударил посохом о землю.
— Треплос! Сюда иди!
Поэт, с тревогой наблюдавший за их беседой, стрелой подлетел к господину и поклонился.
— Ты знал, кто такой Мальтус?
Юноша побледнел.
— Я способен многое простить, — процедил сквозь зубы жрец. — Но ограбить храм!!!
Треплос рухнул на колени.
— Я не знал! Клянусь всеми богами, я не знал! Он сказал, что им надо срочно уехать из города из-за долгов!
— А про то, что никакой шерсти нет…
— Мальтус говорил, что вывозит свои пожитки! Кое-что из вещей и все! Поверьте мне, господин! Я бы ни за что не связался с грабителями…
Посох Тусета звонко хлопнул по спине юноши.
— Мерзавец!
— Он не виноват, мудрец, — проговорил Алекс. — Если бы он знал про ограбление, то не пришел бы к тебе.
— Почему? — жрец замер, удержавшись от второго удара.
— Нарон даросец уважаемый купец. Его не могут просто так казнить. Даже за такое преступление. На суд могут вызвать тебя, чтобы подтвердить его невиновность. Поэтому находиться в этот момент рядом с тобой для Треплоса смертельно опасно. По одному твоему слову его схватят как пособника грабителей.
Поэт поднял испуганное лицо и с благодарностью взглянул на охранника. Его рассуждения показались жрецу правильными. Но как-то не хотелось признавать это.
— Может быть, он просто дурак? — проворчал Тусет.
— Нет, мудрец, — Алекс улыбнулся. — Глупым было бы пытаться спрятаться в городе, не зная в нем никого. Но Треплос принял правильное решение. Он пришел к тебе и даже согласился стать слугой. А ведь он свободный гражданин Милеты.
Поэт счел нужным напомнить о себе.