Его жертва, напротив, сразу опустилась на колено; усики тотчас обволокли ее с ног до головы.
– Кк!..
Видимо, из-за того, что Фанатио отвлеклась, световые лучи, разбив несколько усиков, перестали вылетать из «Небесного меча». И тут же тяжело поврежденные доспехи оказались покрыты толстым слоем льда.
Последняя из голубых роз, проросших от ног Фанатио, расцвела во всей красе поверх шрама на ее щеке. Рыцарь Единства номер два застыл без движения вместе со своим Божественным инструментом.
Несмотря на тяжелые раны по всему телу, Кирито сделал несколько задних сальто подряд, чтобы не подпустить к себе ледяные усики; при последнем приземлении координация подвела его, и он глухо шмякнулся рядом с Юджио.
– Гухх… – вырвался у него придушенный возглас вместе с кровью. Глядя, как кровь тут же превращается в багровый лед, Юджио невольно воскликнул:
– Кирито… держись, я наложу заклинание ле-…
– Нет, не останавливай прием!
Даже находясь на грани потери сознания от ран, Кирито смотрел твердо, глаза его сверкали. Покачав головой, он добавил:
– От такой малости она не свалится…
Кирито оперся на черный меч и поднял свое израненное тело; от губ побежала кровавая дорожка.
Он вытер ее левой рукой, зажмурился, успокаивая дыхание; затем его глаза открылись, и он поднял черный меч над головой.
– Систем… колл!!!
За первой строкой последовали и остальные части заклинания, требующие полного напряжения воли; с учетом физического состояния Кирито он читал его с невероятной быстротой.
Строки перемежались звуками тяжелого дыхания, от губ время от времени разлетались красные брызги, но Кирито продолжал читать занимающее более десятка строк заклинание, ни разу не запнувшись.
Присмотревшись, Юджио увидел, что тело Кирито было изрезано множеством шрамов; от этого кошмарного зрелища он содрогнулся. Там, где это тренированное тело пронзили лучи «Небесного меча», остались почерневшие, обожженные следы. Кровь из ран почти не текла – хоть какое-то утешение; однако ясно было, что повреждены и внутренние органы. Жизнь Кирито наверняка снижалась куда быстрее, чем у рыцарей, по-прежнему остающихся в плену ледяных роз; если не оказать помощь немедленно, ему действительно грозит смерть.
Однако Юджио не мог выпустить рукоять «Меча голубой розы», иначе рассеялось бы заклинание полного контроля. Хорошо бы Кирито сам себя подлечил Священными искусствами, но, похоже, делать это он абсолютно не намеревался – он продолжал с устрашающим взглядом читать заклинание.
Вовсе некуда так торопиться, рыцари из своих ледяных клеток так просто не вырвутся…
Так подумал Юджио и вернулся взглядом к стоящим впереди врагам, как вдруг –
Струя белого света вырвалась из середины ледяной статуи, покрытой розами, и вонзилась в стену. Юджио от потрясения мог лишь со свистом втянуть воздух.
– Иии…
Источником была Фанатио, которая, по идее, вообще не должна была двигаться под толстым покровом из ледяных усиков.
Заклинание полного контроля отнюдь не давало возможности свободно пользоваться усиленным оружием, сколько хочешь. Для этого от владельца оружия требовалась большая сосредоточенность. Юджио приходилось постоянно цепляться за рукоять вонзенного в пол меча и держать перед глазами мысленный образ цветущих в изобилии роз – только так он мог удерживать рыцарей в их клетках.
Произнеся заклинание полного контроля над «Небесным мечом», рыцарь Фанатио несколько раз выстрелила лучами света, затем прошла через сверхскоростную схватку с Кирито, а под конец полностью высвободила силу меча, обрушив смертельный ливень на своих и чужих; в результате она сама получила тяжелейшие раны. Ее сосредоточенность должна была рухнуть, контроль над «Небесным мечом» – прерваться… так полагал Юджио.
Но.
Целиком закованная в лед, Фанатио медленно двигала поднятую вверх правую руку; ледяная корка похрустывала. Широко распахнутые глаза Юджио чуть ли не видели исходящий от стройного тела Фанатио рыцарский дух, от которого все покачивалось, как в жарком мареве.
– Кк!..
Закусив губу, Юджио вложил еще больше силы в руки, сжимающие рукоять меча. Ведомые его мысленным приказом, сразу десять ледяных усиков потянулись к Фанатио с разных сторон. Они ударили женщину по правой руке и тем же движением обвились вокруг нее, не оставив ни единого просвета; рука замерла.
Но лишь на секунду.