– Ты права. Из-за этого маленького проходимца мне приходится честно зарабатывать на жизнь! – он замолчал и задумался. – А разве у тебя нет сообщников?
– А ты бы согласился помогать мне?
Он удивленно заморгал.
– Как?
– Так ведь не все эти Отказники являются Искажателями. Да, они вооружены саблями и копьями, но оглянись вокруг… вас же больше.
– Но их Искажателям подвластна очень мощная магия.
– А у вас разве нет магов? Разве никто не успел сбежать из Крепости? Разве никто из других родов не пришел вам на помощь?
В его глазах промелькнуло понимание.
– Но они рассеялись вокруг Цитадели и прячутся, боясь Искажателей.
– Значит, заинтересованным гражданам надо убедить их начать действовать, невзирая на страх, организовать их, и в нужное время направить их.
– Ты на это способна, ты же Ловец Душ.
Я покачала головой.
– Мое присутствие только подвергнет всех риску. Я нужна в другом месте. Если решишься действовать, ты легко найдешь нужных людей.
Мужчина расправил ткань на столе и погрузился в раздумья.
– Торговцы все время въезжают и выезжают из Цитадели… везя фургоны с товарами.
– Только будьте очень осторожны, – я развернулась, чтобы уйти.
– Подожди. Как мы узнаем, что пришло время действовать?
– У меня такое чувство, что пропустить это будет невозможно.
Когда день начал клониться к вечеру, я встретилась с Фиском и его дядей. Люди гуляли по улицам в хорошем настроении, не обращая внимания на следящих за ними Отказников и на наступающие сумерки. Фиск ушел заканчивать приготовления, а я провела его дядю на крышу.
Забравшись на здание, мы стали пробираться по крышам строений Цитадели, направляясь к жилищу Бавола. Если бы не праздник, сейчас на улицах было бы пусто. Я достала принесенную Фиском веревку, и прежде чем сбросить конец на землю, обвязала ее вокруг дымохода.
Свет фонарей не проникал на темную аллею за домом, так что оставалось лишь надеяться, что Бавол не забыл открыть окно. Спустившись по веревке, я спрыгнула на землю и с облегчением заметила открытые ставни. Я как могла тихо забралась в комнату Лепесток. Замерев возле окна, я вслушалась в ее ровное дыхание, иногда сопровождаемое тихим храпом. Я дернула за веревку и придержала ее, пока дядя Фиска спускался вниз. Его ботинки стукнули о пол, и мы оба замерли, прислушиваясь, пока Лепесток снова не задышала ровно и спокойно.
Бавол не спал и уже одетый поджидал нас в своей комнате. Дядя лег на кровать и натянул простыню до самой шеи. Мы с Советником пробрались к открытому окну. Бавол всю жизнь провел в джунглях, и для него не составило труда забраться по веревке. Я полезла следом.
Перемещаться по крышам оказалось блестящей идеей. Через некоторое время мы спустились на землю. Заметив вдалеке Северные ворота, мы нашли место и спрятались. Я нервничала, и чем дольше к воротам никто не приближался, тем больше усиливался мой страх.
Я раздумывала, стоит ли попытаться просто добежать до ворот, как появилась группа нетрезвых горожан, состоящая из мужчин и женщин. Послышались громкие голоса людей – они решали, стоит ли покидать Цитадель, и после недолгого обсуждения завязалась драка.
Когда охранники ринулись разнимать дерущихся, мы с Баволом выбрались из укрытия и незамеченными прошли сквозь ворота. Когда нас уже нельзя было заметить с поста, мы побежали. У нас было немного времени.
Мы добрались до дома Валека, и я очень надеялась, что нахожусь достаточно далеко от Цитадели и Искажателей, и что они не ощутят мою магию.
Кики жалобно заржала в своем стойле, и я открыла ей свой разум.
«Лавандовая Дама невредима, – сказала она удовлетворенно. – Призрак расстроен».
«Позже поговорим. Сейчас нет времени», – я втолкнула Бавола в дом. Валек сидел на диване с каменным от ярости лицом.
Я проигнорировала его гнев. Уж кто как ни он должен был понимать, что я не могла пренебречь столь благоприятными обстоятельствами. С другой стороны, я прекрасно понимала, почему так побелело лицо Бавола, когда он заметил Валека.