- Они только что объявили об этом, как только отсняли финальную сцену. Они переделали сценарий. Всё, что должно было произойти под дубом или снаружи каменного дома, будет в кафе. Мы снимаем эти сцены в Лос-Анджелесе.
- Лос-Анджелес, - произношу я, как будто я никогда раньше не слышал о нём. – Когда?
- Улетаем завтра. Съёмки начинаются снова во вторник.
- Так много для трёх дней, - пробормотал я. – Блядь.
- Пожалуйста, Пирс. Ты должен мне помочь.
Я смотрю на неё и понимаю, что её беспокоит не только сокращение съёмок фильма.
- Что случилось?
- Левил уже здесь. В городе, я имею в виду. Он остановился в «Дрискилл», - добавляет она, упоминая исторический отель через дорогу от моего офиса и всего в нескольких кварталах от «Звёздного огня». – Мне нужно с ним увидеться. Пожалуйста, помоги мне попасть к нему.
- Ты ненормальная?
Она моргает, и слёзы стекают по её лицу.
– Пожалуйста. Неужели ты не понимаешь? Мне нужно с ним увидеться. Он должен знать, что мне жаль и что я люблю его, но я совершила глупость. Может быть, он и не простит меня, но я должна ему сказать, что люблю его, что всегда любила. И что, даже если мы не вместе, я всё равно хочу быть его другом и никогда не хотела причинять ему боль.
- Дел…
- Нет, пожалуйста. Я знаю, что это риск. И я знаю, что он, может быть, меня оттолкнёт и скажет своим людям не впускать меня, но я должна попытаться. Я справлюсь с болью, Пирс, я действительно справлюсь. Но я не переживу, зная, что могла упустить что-то хорошее. И я действительно не смогу пережить, зная, что обидела того, кого люблю, и не попыталась это исправить, понимаешь?
Я вздыхаю. Потому что, чёрт возьми, я прекрасно всё понимаю.
И я знаю, что у этого ребёнка намного больше смелости, чем у меня.
- Если это окажется в социальных сетях, твоя сестра убьёт нас обоих, - говорю я, а в ответ она обнимает меня и целует в щеку.
- Спасибо, спасибо. Ты самый лучший. Я так рада, что ты и моя сестра…
- Ну же. Если мы собираемся это сделать, мы должны выдвигаться. Мы даже не знаем, в отеле ли он сейчас?
- Он там. Он всегда отсиживается в отеле за пару дней до концерта. Иногда он приглашает прессу или несколько поклонников, но никогда не выходит. Он может пойти на вечеринки после, но никогда раньше концерта.
- Это облегчает его поиск. Что насчет доступа? Если ты позвонишь, он скажет в каком номере? Позволит тебе поговорить с ним? Другими словами, проблема сводится только к тому, как доставить тебя к нему? Или у нас есть элемент неожиданности?
- Эм, я думаю, это как вроде операции ЦРУ, - говорит она, и я смеюсь.
- Тогда всё в порядке. Позволь мне сделать несколько звонков.
Час спустя я обзвонил полудюжину мест, поговорил почти со всеми, кого я когда-либо встречал в Остине, и сумел найти посредника в отеле, который связал меня с менеджером группы, женщиной по имени Анисса.
- Мы с Левилом дружим уже много лет, - говорит Анисса. – И я была рядом во время драмы с Дел. Не знаю, захочет ли Левил её видеть, но думаю, что должен это сделать. Но я смогу хотя бы провести тебя в номер.
Что касается меня, это такой же хороший результат, на который я мог надеяться, и поэтому мы с Дел отправляемся в центр города.
Я оставляю машину около офиса, и мы направляемся через улицу, следуя инструкциям Аниссы, чтобы добраться до служебного входа, который использовала группа, чтобы избежать встречи с прессой.
Анисса там, чтобы встретиться с нами, вместе со связующим звеном в отеле, с которым я говорил ранее.
– Большое спасибо, - говорит ей Дел. – Рада снова тебя видеть. Но я не доставлю тебе неприятностей, правда?
Анисса пренебрежительно взмахивает рукой.
– Если он зол, то справится с этим. Как уже говорила, я знаю его очень давно. Поверь мне, когда я так говорю, то это так и есть.