Апокалипсис 2060: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Примерно так, — улыбнулся смущенно Сергеев. — Но одно могу сказать: конец света обязательно наступит, вопрос состоит только в том, кто выживет после него.

— Спасибо за информацию, — сказал президент, тяжело поднимаясь. — Вы, профессор, свободны, а с остальными мы еще немного подумаем над тем, что можно сделать за оставшееся до солнечного шторма время. Если нам понадобятся дополнительные данные, мы еще раз обратимся к вам. Продолжайте работать, создавать модели, уточнять прогнозы…

Сергеев вышел, чувствуя, что его вежливо послали, но при этом испытывая невероятное облегчение. Он никогда раньше не думал, что принимать решения для страны так трудно. Один вопрос, кому жить, кому нет, может свести с ума. Впрочем, как он заметил, ни президента, ни премьера, ни других, кто остался за дверью, подобные вопросы не тяготили. Эти люди были циничны и прагматичны, и как все политики в первую очередь думали о себе, а уже потом о тех, кто зависит от их решений. Но наверное такими и должны быть правители…

Когда профессор вышел, президент и премьер многозначительно переглянулись, после этого премьер-министр, отойдя к окну сделал короткий звонок. Было неизвестно, что он и кому говорил, но профессор Сергеев еще до конца дня попал в кремлевскую больницу с обширным инфарктом. Спасти его не удалось. Очевидцы видели, что ученому стало плохо после того, как он столкнулся со спешащим куда-то молодым человеком. Профессор после этого сначала схватился за руку, которой коснулся мужчина, потом за сердце. А молодой человек, даже не оглянувшись, исчез в переходах.

После ухода Сергеева, президент задумчиво побарабанил по столу кончиками пальцев.

— Итак, первая и самая важная задача — продовольствие, — он посмотрел на премьера. — Если ученый прав, и пока никто не знает о том, что произойдет, у нас есть небольшая фора во времени. Закупайте продовольствие во всех странах, и в первую очередь то, что долго хранится. Консервные заводы перевести на круглосуточные режимы работы, деньги не жалеть, экономически стимулировать всех, кто будет участвовать в заготовке и переработке продовольствия.

— А где возьмем средства? — поднял бровь премьер. — В бюджете эти траты не предусмотрены, по какой статье будем списывать?

— У нас имеется два варианта развития событий, — задумчиво проговорил президент, оглядывая окружающих. — Один — тот, что профессор прав, и тогда о каком бюджете идет речь? У нас не будет ни страны, ни людей к концу года, а следовательно и бюджета. Деньги обесценятся, и выжившие будут драться за каждый кусок хлеба. И второй вариант, если ученый не прав… — Президент остановил тяжелый взгляд на академике, тот невольно пригнул голову, словно ожидая удара. — Тогда мы останемся в истории, как самые большие чудаки на букву «м». Что выбираем?

— Я сделаю соответствующие распоряжения о закупке продовольствия, — сказал премьер-министр, усмехнувшись и оценив шутку. — Государственная машина разворачивается медленно, а значит, у ученых будет время проверить выводы Сергеева. Все, что здесь сегодня сказано, предлагаю считать государственной тайной со всеми вытекающими отсюда последствиями. Силовые структуры необходимо перевести на усиленный вариант несения службы, им следует приготовиться к возможным массовым беспорядкам, для чего предлагаю провести компанию по телевидению об усилении террористической угрозы.

— Террористическая угроза? — президент задумчиво покатал на языке это слово. — Мне идея нравится. А чем объясним переход на желтый цвет?

— Желтый только начало, его можно объявить хоть завтра, а потом следует что-то взорвать и объявить красный уровень, — ответил премьер. — Министру по чрезвычайным ситуациям предлагаю сделать прогноз развития самой наихудшей ситуации и разработать варианты нашего реагирования. Кроме того предлагаю собираться по этому вопросу еженедельно пока в этом же составе, в дальнейшем будем его расширять во мере необходимости.

— Принимается, — облегченно выдохнул президент. Вот теперь когда заработала бюрократическая машина, стало уже не так страшно. Чтобы не случилось, государственный аппарат готов к любому развитию событий, но главное, теперь не он один будет принимать тяжелые решения, в них станут участвовать чиновники разных рангов, следовательно его политический имидж не пострадает — Все свободны. Встречаемся на следующей неделе, в среду.

К вечеру был взорван аэропорт, шахидку вело ФСБ и даже пыталось предотвратить теракт, когда стало понятно, куда направляется женщина, но та подорвала себя прямо у дверей, как только увидела, что к ней с разных сторон направляются люди в штатском. Того, кто наводил террористку на цель, удалось задержать, но он застрелился, так что кто еще участвовал в акции, а также откуда поступили деньги на проведение террористического акта, выяснить не удалось. На следующий день в разных концах огромной страны прозвучал еще десяток взрывов — террористы решили отомстить за своих товарищей, для чего в СМИ были направлены письма с угрозами правительству и президенту. Но благодаря ряду счастливых случайностей жертв оказалось на удивление немного, правда, код террористической угрозы по стране пришлось сменить с первоначально объявленного желтого на красный.

Через пару дней в интернете появилась статья видного профессора, академика, который сделал прогноз на урожай 2060 года, прогноз был негативным, ожидалась засуха из-за возросшей активности солнца. И сразу в ряде оппозиционных изданий появились статьи о том, что правительство ничего не делает, хоть любому кретину ясно, что в стране уже к осени может начаться голод. Премьер-министр, скрипя зубами от злости, отдал распоряжение о дополнительных закупках зерна и мяса, и тут же был обруган депутатами думы за нарушение бюджета…

Заканчивался обыск. Капитан ФСБ Петров сидел на кухне и допрашивал потенциального носителя секретной информации, в соседней комнате его коллеги проводили планомерный обыск, простукивая стены, пол и даже потолок. Уже давно никто не хранил информацию дома, но отрабатывать приходилось все варианты. В кабинете профессора Сергеева засели ученые, и оттуда слышались восторженные ахи и охи. Должно быть продуктивный был профессор, раз так радуются.

Петров не сомневался, что через полгода-год у этих ученых появятся объемные ученые труды, в которых более-менее сведущий человек легко распознает те материалы, над которыми работал покойник. Сергеев умер в расцвете сил. Пятьдесят лет не возраст, и проблем с сердцем у него никогда не замечалось, но иногда такое бывает: переволновался человек и помер. А поволноваться ему пришлось, все-таки в Кремль вызывали, доклад делал перед самим президентом, вот сердечко и не выдержало. Жаль, хороший был ученый, климатом занимался, говорят, что обнаружил то ли волны смерти, то ли источник радиации в космосе, направленный на Землю.

Но его это не касается, сказали отработать, значит, надо отработать. Капитан уныло посмотрел на невзрачного юношу, подписывающего бумагу о неразглашении сведений заключающих государственную тайну. Илья — так звали парня, капитан уже в этом не сомневался, ничего и не знает, а значит и рассказать не сможет, но порядок есть порядок, раз надо, значит пусть подписывает, и отпечаток пальца оставляет, который потом эксперты пробьют по разным базам. А вдруг перед ним террорист, который обучался в специальных лагерях или еще какая-нибудь шваль?

Пока ясно только то, что последние три года этот застенчивый нескладный парень находился вдалеке от дома, учился в каком-то престижном университете, то ли Франции, то ли Англии — в общем, в таком заведении куда простых смертных не берут, а если берут, то дерут с них такие деньги, за которые можно квартиру купить в престижном районе. Похоже, этот профессор Сергеев очень неплохо зарабатывал, если смог туда сыночка отправить, или нашел фонд, который оплатил обучение, а это тоже непросто. Для того, чтобы кто-то в этого парня вложил деньги, как минимум требуется, чтобы он был талантливым и умным.

А парень ничего не понимает, смотрит волком, бурчит что-то неразборчиво с едва заметным акцентом. Как же они быстро там, за бугром русский язык начинают коверкать. Капитан вздохнул:

— Значит, вам неизвестно над чем работал ваш отец в последнее время?

— Я не был дома три года и прилетел только сегодня на похороны отца, — ответил Илья. — Откуда мне знать, чем он занимался? Мы не переписывались, изредка разговаривали по коммуникатору, но, как вы понимаете, у нас было достаточно тем для разговоров кроме его работы.

— Предположим, что это так, — легко согласился Петров. — Подписали?

— Да, возьмите пожалуйста, — капитан удостоверился, что подпись на месте, как и отпечаток пальца, добавил фото поставившего подпись, щелкнув кнопкой, поставил на запись коммуникатор и направив его на юношу, решив сделать еще и видео на всякий случай. — Что дальше?

— А дальше вы мне дадите слово, что если случайно обнаружите что-то из того, над чем работал ваш отец, тут же сообщите нам, — сказал капитан. — И вообще, если кто-то заинтересуется работами вашего отца, то позвоните дежурному. Поверьте, это очень важно.

— Обещаю, что если обнаружу какие-то материалы, или кто-то начнет расспрашивать о том, чем занимался отец, то немедленно сообщу вам, — проговорил Сергеев. — Хоть думаю, это просто невозможно, вы перерыли весь дом, забрали все документы, над которыми он работал, сняли жесткий диск с компьютера и загрузочный флеш-диск с коммуникатора. После вашего обыска в этом доме невозможно будет найти не только работы отца, но даже нужную мне книгу.

— Вот и замечательно, меньше искушений, книга вредна для глаз и ума, потому что заставляет думать, так мне говорил мой наставник, а он никогда не врал, — Петров отключил коммуникатор и убрал его в карман. — Больше вы мне не нужны. Занимайтесь, чем хотите. Мы сейчас все уйдем и живите спокойно. Да еще… прошу прощения за наш непрошенный визит. Сочувствую вашему горю…

— Спасибо, — машинально ответил Илья и встал. — Извините и вы меня, но сейчас мне нужно побыть одному, все-таки отец у меня был один.

Он встал и вышел из квартиры, никто его задерживать не стал. Парень добрался до реки, сел на гранитную облицовку набережной и стал бездумно смотреть, как волны набегают на берег, чувствуя, как внутри у него все трясется от унижения, горя и глубокой тоски. Илья просидел так до глубокого вечера, пока операторам не надоело его разглядывать, тогда они отогнали беспилотник в другое место, написав в журнале, что слежка за подозреваемым ничего не дала. Уже глубокой ночью парень вернулся домой, посмотрел на бледную зареванную мать и прошел в кабинет отца. Там царил хаос, как всегда бывает после тщательного обыска, из компьютера были удалены жесткие диски, все коммуникаторы и носители памяти исчезли, как и большинство бумаг и документов. Было как-то сиротливо и одиноко.

Сергеев посмотрел по сторонам, подошел к запечатанному окну и, поковырявшись кусочком проволоки, вытащил из тонкой незаметной щели тоненький листочек пластика, на котором было написаны в несколько рядов цифры. Илья посмотрел на них, вздохнул и тихо произнес:

— Я понял, папа, обязательно посмотрю.